Строгий босс

Но на этот раз в мягком ложе нет совершенно никакой необходимости. Ну да, к чему заморачиваться, вон какое кресло роскошное. Наверное, оно много чего успело насмотреться за то время, что находится под данным человеком.

– Приношу свои извинения за беспокойство. Я, видимо, действительно не подхожу на данную должность. Всего хорошего.

– Не торопитесь, Юлия Владиславовна. Для данной должности много ума не надо. Главное, правильно распределять время. И руководства, и своё. Ведь принести кофе и подарить начальнику дежурную улыбку Вы сможете всегда? Тем более что она у Вас просто обворожительная, – на английском я говорю свободно, и даже не заметила, как Расторгуев неожиданно перешёл на иностранный язык и продолжил. – Не так ли?

– Вам виднее, господин начальник, – отвечаю на превосходном чистом английском, хоть и американские переводчики обязательно бы к чему-нибудь придрались. – Я наблюдать за своей улыбкой со стороны не привыкла.

– Даже не знаю, почему Глеб так придирается к девушкам. Какие только не приходили. И все замечательно владеют языком, – интересно, он сам инспектировал, если говорит с такой уверенностью? – Но вот Вы зашли в мой кабинет, – снова эти издевательские нотки, брррр! – А я сразу понял, что кроме Вас с обязанностями личного ассистента нашего генерального ну никто больше не справится, – и, вновь перейдя на русский, добавил, – Вы приняты.

– Как? Но Глеб Викторович сказал…

– Глеб Викторович передумает. Он просто ещё не знает, какой шикарный у Вас потенциал, – чувствую на себе мужской липкий, блуждающий, голодный взгляд. Вот что значит спортивный интерес. Не щёлкни я тогда по носу этого заносчивого красавчика, от которого сбежала совсем недавно после того, как он уверенно подкатил к нам с подругой, в надежде провести яркую, искрометную и горячую ночь, он бы сейчас на меня и внимания не обратил. А теперь вот… хочется провалиться сквозь землю. Но если меня, и правда, возьмут личным помощником первого человека на предприятии, такой заработной платы я днём с огнём больше не найду за схожие обязанности.

– Сергей… эээ…

– Александрович, – какая невероятная услужливая снисходительность! Обалдеть можно!

– Сергей Александрович. Меня действительно возьмут?

Огонь, промелькнувший в его глазах, заставил ощутимо и намеренно болезненно прикусить язык.

Расторгуев решил поднялся со своего места и медленно приблизился ко мне, словно хищник перед прыжком.

– Ещё как возьмут, Юленька. Даже не сомневайтесь, – уверенность, отразившаяся в его глазах, заставила меня вздрогнуть. Страха я не испытала, но постоянно уворачиваться от настойчивых будущих мужских приставаний мне бы не слишком хотелось.