Строгий режим

— Ну так чё там малолетки рассказывали, Сань? — спросил Паха, доставая пустую кружку. — Ты так и не рассказал.

— А, да, — подхватил Немец. — Чё там за Коса? Не Протаса ли бывшая подружка, случайно?

— Не-ет. С чего ты взял? — спросил Солома с удивлением, а у самого в животе всё свело от злости и хорошее настроение сразу пропало. Он сразу понял, что Протас все рассказал или почти всё, не сказал только имени.

— А эта, вторая, как её? — спросил Немец и, видя напряжённое лицо Соломы, сказал: — Да ты чё, Сань? Мне вообще по херу эти тёлки, чтоб из-за них ещё переживать. Сами ж на х…й прыгают всем подряд, а кто-то из-за них ещё с ума сходит…

Солома, вдруг вспомнив, что Немец был в восемь семь как раз тогда, когда он послал маляву Протасу про Ольгу, сразу понял, что он, скорее всего её читал. Прищурив глаза Солома спросил:

— Ген, а ты в восемь семь сам заходил, или они тебя подтягивали?

— Они приглашали для базара, Саня, — кивнул головой Немец уже с серьёзным видом, решив посвятить Солому в детали. Авторитетный и уважаемый по лагерям Солома был гораздо ближе ему по духу, чем неизвестный ему ранее коммерсант. Да и скрывать это он не мог, при разговоре том присутствовали другие, и всё могло открыться.

— Погоди, — остановил его Солома, когда Немец уже хотел было продолжить тему. — Пока чай запаривается, пойдём тет-на-тет поговорим.

Они встали и, пройдя к двери, уселись на пороге.

— Витёк, иди-ка телевизор пока посмотри, — сказал шнырю Солома и повернулся к Немцу.

Бандера, и так спавший последнее время урывками, по часу — по два, теперь не мог заснуть вообще после этой ночи. С тех пор, как он вчера увидел настоящую Ольгу, возвращающуюся из бани, покой он потерял совсем. Да ещё и лицо её, спокойно смотрящее или даже совсем не смотрящее на творящуюся вокруг вакханалию, всё время стояло перед глазами и он никак не мог заснуть, сколько бы ни ворочался. Леший с Антоном, бурно обсудив и вдоволь насмеявшись над утренним происшествием, уснули ещё до обеда. И почти в полной тишине Бандеру посещало множество разных мыслей. В первую очередь он, конечно, грешил на Геру с Василичем, подсунувших ему вместо Ольги какую-то секс-машину. Но его злость на них гасило стоявшее перед глазами её лицо, да и Гере сейчас и так не позавидуешь после происшедшего. Хорошо ещё, если вообще с работы не выгонят. По крайней мере на этом продоле его уже точно не будет.

Повернув голову, Бандера посмотрел на сидящего у двери Юрия. Тот, естественно, был с поникшей головой, но Бандеру это уже совсем не радовало. Даже когда утром Леший вспомнил о том, что именно в один восемь сидела девушка Юрия, которая ему уже давно не пишет, и наверняка трахалась там с малолетками, Бандера не смеялся вместе с ним и Антоном над Юрием.