Стриптизёр

— А то, что мужеложство это тяжёлый грех, про это ты не читал?

— Читал. Но не всё поддаётся логике, миа амо. По библии именно бог создаёт людей. Он позволяет им зачаться и родиться. Тогда зачем создавать геев? Чтобы потом объявить их грешниками? Что-то тут не сходится, никогда не думал? У нас не считается грехом всё, что создал сам Тёмный. Потому что мы его дети, и изначально не можем быть плохими. Всё что заложено в утробе матери у нас не считается грехом. А вот то, что человек приобрёл сам, в течение жизни карается, иногда даже сурово. Например, склонность к воровству, обману или ещё что-то подобное. У нас не принято врать, быть скупым, или не проявлять заботу и милосердие, это считается грехом. Есть ещё несколько нюансов. Долго рассказывать. А отпустить я тебя не могу. Мы договорились, что будем вместе месяц, а там посмотрим, — он поцеловал меня в макушку.

— Пап, ты тут?! Долго вы ещё мыться будете? Я кушать хочу! — крикнули за дверью.

Блин, я совсем забыл о мальчишке. Хорошо, что Ямиль каким-то образом снова двери запер.

— Пойдём завтракать. Твой сын проголодался, — я стал выбираться из бассейна.

— По голосу чувствую, ему нужна не та пища, о которой ты думаешь. Сам он в подвал на ледник пройти не сможет. Там хранится запас крови.

Мы быстро вытерлись и, почистив зубы, вышли из ванной. На встречу уже спешил Ютан.

— Доброе утро, Светлейший. С востока на наши земли надвигается смерч. Старейшина прислал весть, он уже там. С ним Енс, Зайт, и Наран.

— Какое же оно доброе, Ютан. Если дед собрал лучших магов и колдунов рода, значит дело серьёзное. Накорми Ваэля кровью. Я переоденусь и уйду порталом, так будет быстрее.

Ямиль кинулся в гардеробную, а Ютан положил руку мне на плечо.

— Не волнуйтесь, лорд Максиан, они справятся, не в первый раз. Сейчас главное не выходить на улицу. Будет сильный ветер. Но смерч они остановят, я уверен. Пойдёмте завтракать.

У меня, что на лице написано, что я за него волнуюсь? Хотя да, спорить не буду. Не хотелось бы, остаться в этом мире навсегда. Он обещал отпустить через месяц, а другие могут не захотеть сделать этого. Например, чтобы никому не рассказал о них.

Смерч обычно не держится долго. Он исчерпывает себя за десять часов и исчезает, но за это время успевает натворить много бед. В его воронку засасывает всё, что попадается на пути. А потом, когда он утихает, это «всё» падает с огромной высоты, разрушая под собой жилые дома и другие строения. Нам повезло. Дозорные вовремя успели увидеть надвигающуюся воронку и подали весточку старейшине. Он жил ближе всех к этому месту. Одон быстро разослал весточки другим и отправился на границу. Когда я прибыл порталом прямо к ним, то Наран уже что-то чертил палкой на песке. Посмотрел на его рисунок.

— Это в трёх километрах отсюда, Наран.