Стриптизёр

— Вы читаете мои мысли?!

— Нет, просто у вас на лице всё написано. Вы не умеете скрывать эмоций, — говорит он и выходит.

Я в шоке! Я потрясён! Я готов убить гадского муженька, когда он явиться! Стоп, никакой он мне не муж. Что ещё за новости такие? Злюсь сидя на толчке с рыбками. Потом иду умываться. Тут стоит стакан с зубной щёткой и пастой. А пасту и щётку у нас стырил. Колгейт называется. Умылся и сверлю пасту взглядом. Пальцем тогда что ли чистить. Второй щётки тут нет. А если бы и была, кто знает, чья она?

— Положи руку на плитку над раковиной. Она отъедет в сторону. Там есть новая зубная щётка, миа амо, — раздаётся сзади.

Я испугался, подпрыгнув, развернулся на голос.

— Фух, Ямиль, ты меня напугал, — говорю сдавленным голосом.

— Это моя уборная. Тут больше никто не моется. Теперь будет и твоя. Не против, я вымоюсь, — улыбается он, потом начинает раздеваться.

Когда он снял рубашку, то я увидел у него на плече кровавый след от когтей.

— Пустяки. Как это у вас говорят? Маленько покоцало. К утру заживёт. Зато я отбил нападение волков, — улыбается он.

После подходит к бассейну. Он уже был наполнен водой, но Ямиль не спешит туда залезать. Растопыривает пальцы рук над водой. Затем шепчет несколько слов, а с ладоней начинают срываться огненные шарики. Они шипят, растворяясь в воде. Постепенно над поверхностью поднимается лёгкий пар. Ямиль прекращает своё действо и залезает в воду. Откидывает голову на бортик и блаженно стонет. Я в это время потрясённо чищу зубы. Потом кидаю щетку в стакан и, сполоснув рот, иду к нему.

— Послушай, Ямиль, ты какого хера меня сюда притащил?! Верни меня назад! Я домой хочу! — говорю гневно.

— Вот только не надо скандалить, Максиан. Семейная жизнь с этого не начинается, — риторически замечает он.

— Эй, я кажется, к тебе в жёны не нанимался! Верни меня назад, гад крылатый! — не унимаюсь я.

— Ну, чего ты такой крикливый сегодня? — кривиться он, — Я устал, хочу спать. А ещё больше хочу есть. Дай мне свою руку.

— Ещё чего, — убираю руки за спину.

— Ты меня снова боишься, Максиан? Или ты по жизни такой трусишка? — его правая бровь взлетает вверх, изображая красивую дугу.

Надо же, на слабо он меня берёт. Ничего я не боюсь. Мужик я или где?! Подаю ему руку, а он нежно гладит пальцами запястье.

— Только не бойся, миа амо, — целует запястье, — Я прочитаю заклинание, больно не будет.

Я пытаюсь вырвать свою руку, но он не даёт. Быстро шепчет какую-то фразу и впивается в руку клыками. Действительно не больно, но страшно. Так вот о чём говорил его сын!

— Ямиль, прекрати, что ты творишь? — сдавленно шиплю я.

Он отстраняется, лижет две аккуратные ранки на моей руке, а они перестают кровить.

— Не бойся, к утру заживёт. Даже следа не останется.