Стриптизёр

Если с помощью твоей крови ребёнок покажется в портальном зеркале, ответ будет очевиден. Виктор, как мы можем забрать девочку под опеку, моего мужа?

— Нужно заявить в опеку и попечительство, что отчим издевается над ребёнком. Собрать доказательства. Например, показания соседей. Подать в суд об установлении отцовства. Сделать ДНК, которое придётся ждать десять дней. Ещё, неплохо бы Максиму иметь приличную работу, и справку о доходах. Он долго работал без записи в трудовой книжке. К тому же, в таком непреличном месте. Это будет для него препятствием к достижению цели. Но я адвокат и постараюсь помочь, — с уверенностью озвучил мой друг.

— Хм, завтра обсудим подробнее. А сейчас наслаждайтесь едой. После мы с грифами и Максианом уйдём в лабораторию. Одон ты с нами? — строго произнёс Ямиль.

— Нет. Всё что нужно я узнал. Потом скажешь, внучка она или нет. Я с удовольствием пойду домой отдыхать, — спокойно ответил старейшина.

В связи с рассказом Ямиля трапеза растянулась на добрый час. Засёк время, ведь Ямиль подарил мне дорогие часы. А вот после ужина все стали расходиться. Одон, тепло со всеми попрощавшись, ушёл к себе в замок. Друзья отправились бродить по парку, обещая далеко не уходить. А мы с грифами спустились в лабораторию Ямиля.

Он сделал несколько хлопков, а под потолком зажглось множество светящихся шаров. В комнате оказались: стол, стулья и стеллажи с какими-то склянками и книгами. На столе стояло зеркало. Нас пригласили присесть. Потом Ямиль проткнул ножом руку Шиди и макнул в его кровь свой палец. Он стал выводить им на зеркале непонятные слова и руны, бормоча что-то. Грифы буквально затаили дыхание, глядя на это. И вдруг надпись вспыхнула и исчезла. Тут же появилось изображение. Я узнал кухню в квартире Кати. Федя сидел за столом и пил пиво. Напротив него сидела маленькая светловолосая девочка, удивительно похожая на меня в детстве. Она вытирала слёзки кулачком и всхлипывала.

— Ну, чего разнылась. Бабка тебя совсем избаловала. Хочешь пиво, а, малявка? — Федя поднёс горлышко бутылки к её рту.

— Не хочу, — отвернулась Оля.

— Тогда вали спать, проститутское отродье! — рявкнул гоблин.

Девочка ушла в комнату и легла на кроватку, обняв моего медведя. Значит, соседка не обманула и передала его. Сердце щемило и, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Кулаки сжались так, что чуть кровь от впившихся в кожу ногтей не пошла. Хотелось прийти к этому придурку и набить морду. Нет, не так, расхерачить её в кровь, чтобы вместо носа месиво. А следом отбить ему почки, печень, и мочевой, чтобы на всю жизнь инвалидом стал и ссал под себя. Как можно поить ребёнка пивом?! Урод конченный! Вдруг представил, как эта тварь моет мою девочку, прикасаясь к ней своими руками.