Сады пяти стремлений

– Нет, синьор сенатор, их было столько, сколько сообщили разведчики, – ответил полковник Тарлек. – А значит, численность нашего отряда превосходила охрану сенатора Уло.

– Тогда почему она выговаривает мне вместо того, чтобы ругаться и визгливо требовать возвращения пришельцев? – Ответа Наамар не ждал. – Почему, несмотря на превосходство в численности, эффект неожиданности и применение совершенно секретных воздушных кораблей, захват не удался? Ты провёл расследование?

– Да, синьор сенатор.

– И?

– Судя по докладам, один из посланников Герметикона проявил необычайную меткость и лично убил не менее двух десятков наших. Кроме того, в решающий момент взорвалась баржа с основной группой бойцов…

– Один прикончил два десятка человек? – недоверчиво переспросил Наамар.

– Так докладывают, – осторожно ответил начальник военной разведки.

– Но это невозможно.

– Во-первых, это был тот самый «крепкий лысый мужчина», которого мы запретили атаковать, – ответил Тарлек. – Во-вторых, в сообщениях отмечается, что он стрелял с необычайной скоростью и с необычайным же искусством. Почти каждая выпущенная им пуля попадала в цель, убивая или раня кого-то из наших.

Наамар понимал, что наёмники – чтобы оправдаться и не выглядеть дураками – расскажут что угодно, и потому недоверчиво прищурился:

– Ты им веришь?

– Мы отправили за пришельцами лучших наёмников, которых я отбирал лично. Они, конечно, не фага, но сражаются хорошо. И пока все услышанные мною рассказы совпадают даже в мелких деталях.

– То есть ты веришь, что с Герметикона к нам прилетел непобедимый воин?

– Я рассказываю то, что услышал с чужих слов, – пожал плечами полковник Тарлек. – Но хочу заметить, что если пришельцы действительно разведчики, то разумно отправить на незнакомую планету не только учёных, но и хорошо подготовленных бойцов.

Предположение прозвучало логично, однако сейчас эта логика бесила Наамара.

– Что делает Феодора?

– Укрылась в Парящем замке."

"И тоже – логично. И тоже – бесит. Потому что после неудачи на воде атаковать хорошо защищённую крепость было бы подлинным безумием.

Впрочем, ведь он дал слово…

Неудачная атака и последовавший разговор с Феодорой заставили Наамара задуматься над происходящим по-настоящему.

Остановить мобилизацию и отвести войска?

Остановить войну, подготовка к которой шла четыре года и сожрала массу ресурсов? Огромное количество ресурсов, которые могли бы подстегнуть экономику Стремления, но ушли в войну. Советники морщились и говорили, что он убьёт экономику, а он отвечал, что война гарантирует прибыль, добыча превзойдёт ожидания, и Стремление Фага навсегда встанет во главе Траймонго.

Он обещал. Ему поверили.