Время стрелять

Смотрю, а это ж моя доченька на поребрике бьется! Она так и упала всем левым боком на поребрик! Люди-то уже собираются, кто так подходит, кто с собакой, говорят, не волнуйтесь, мамаша, мы уже «скорую» вызвали, сейчас будут. А когда будут-то? Сейчас ведь быстрее, чем этих врачей, своей смерти дождешься! А лежит-то она вся, сами понимаете: ни одной ниточки на ней не было! Я уж в дом-то не пошла, с себя вот этот плащ сняла — а у меня и всего-то вещей, ничего не нажила, а что нажила, так то из-за этой новой жизни словно в руках растаяло, — взяла, это, плащик-то свой, сняла с себя и ее, как могла, прикрыла. А люди-то говорят: «Вы ее, женщина, только не трожьте, гляньте, она себе ногу-то как повредила!» Я ее за левую ножку-то взяла, а ножка как ватная, будто в ней и косточек никаких уже нету. «Что ж это, — я говорю, — доченька, у нас с ножкой-то случилось?» А она мне все что-то шепчет, и все тише, так, будто старается, чтобы я к ней повнимательней прислушалась. «А они пришли, пришли», — говорит. «Да кто ж так пришел, что ты из-за них вся переломалась? Это ж если ножка вся покалечена, что же с остальным случилось?» В общем, не довезли они мою Аллочку, так она, это, в машине «скорой помощи» и…

Бебене зарыдала. Пепел на ее сигарете стал похож на увядший цветок, он изогнулся вниз, оторвался и упал, осыпав колено пенсионерки, оказавшееся преградой на пути бесчисленных частиц к ядру планеты.

— Я понимаю, Евгения Аристарховна, ваше состояние, но и вы постарайтесь понять, что жизнь продолжается и вам теперь надо думать о тех, у кого жизнь еще только начинается, — Мультипанова протянула свою руку, возможно намереваясь коснуться ладони Бебене, но, еще раз взглянув на воспаленную кожу пенсионерки, не решилась это сделать, а лишь невесомо тронула хозяйку квартиры за ее рыхлое плечо.

— Да я все это понимаю, — согласилась Евгения и положила в пепельницу докуренную до фильтра сигарету. — У нас тут много делов накопилось.

— Скажите мне, пожалуйста, а ваш внук, Ярослав Экбалович, девяносто третьего года рождения, где проживает? — Софья достала из сумки папку с делом Ярослава, посмотрела на загаженный мухами и тараканами стол, и не отважилась ее сюда положить.

— А где ему проживать-то?! Со мной, конечно! — Евгения с недоверием взглянула из-под низкого, почти опущенного на глаза лба. — Кому он еще может быть нужен?

— Ну мало ли кому? — ответила вопросом Лариса. — Вы нам не могли бы сейчас уточнить, в какой из этих квартир проживает мальчик?

— А когда в той, когда в этой! — независимо воскликнула пенсионерка и начала подниматься.