Стрела (Плененный любовью с исправлениями)

В двадцать два он подходит ей по возрасту, наружности, уму, и его будущая должность значительно возвысит ее положение. Фаркуар ею явно восхищен и сделает все возможное, чтобы она была счастлива. Чего еще Грегору желать?

Он глубоко вздохнул, чтобы справиться с внезапной скованностью в груди.

– Да, я даю свое разрешение. Я сообщу Кейт о вашем предложении, и, если она согласится, о помолвке будет объявлено во время праздника.

Парень внимательно за ним наблюдал – слишком внимательно.

– Есть причина, по которой она может не согласиться? Может, другой претендент, которому она отдает предпочтение?

Да, явно проницательный. Грегор понимал, о чем он спрашивает.

– Я рассматривал и другие предложения, но ваше я передам ей. Я ее покровитель, и она согласится с моим суждением и выполнит свой долг.

В этом отношении Кейт на него похожа. Ей, может, и не нравится выполнять долг, но она знает, когда это необходимо. Но Грегор определенно не горел желанием сообщать ей о своих планах.

Глава 11

Кейт держала плед вокруг шеи, чтобы тот не сползал с плеч, пока она пробирается сквозь заросли деревьев. Хотя ее щеки нагрелись от движения, и солнце начало проглядывать сквозь облака, было по-прежнему холодно и ветрено от бури, прошлой ночью укутавшей лес и долину несколькими дюймами снега.

– Я слышу тебя, дьяволенок. Я до тебя доберусь!

Встревоженный визг, сопровождаемый взрывом довольного хихиканья, раздавшийся со стороны ближайшего дерева (не говоря уже о крошечных, отчетливых следах на свежем снегу), означал, что она приближается к добыче.

– Где он? – произнесла она самым зловещим голосом, подкрадываясь ближе. – Где же Эдди?

Поняв, что она приближается, малыш снова взвизгнул, как поросенок, и вылетел из-за дерева в отчаянной попытке спастись. Кейт бросилась вперед и обхватила едва достигающий трех футов в высоту, замотанный в шерсть сверток, поднимая его в воздух.

– Ага! Я поймала тебя и тебе ни за что не сбежать!

Она поцеловала его в холодные конопатые щеки, пощекотала живот и закружила, пока малыш не начал извиваться и визжать от хохота.

Кейт могла целовать эти нежные щеки вечно. Привязанность к маленьким детям оказалась для нее неожиданностью – и такая же привязанность ожидала Пипа, когда он будет к этому готов. Раньше ей не доводилось проводить много времени с маленькими детьми, и было удивительно, как легко казалось их обнимать и целовать. Теплые и уютные, с нежной кожей и шелковыми волосами – обнимать их было все равно, что обнимать щенка или котенка: удержаться было невозможно."

"Вспомнив о беременной матери, Кейт почувствовала резкий укол в груди.