Я – Стрела

 — А откуда вообще идея о вселенном хаосите? — проницательно спросил старший советник.

— У нас перед глазами был другой пример заселения, — пробормотала я.

Время договоренности с куклой истекло, да и разобраться в ситуации с ребенком следовало на серьезном уровне. Не представляю как разделить куклу и девочку без помощи ученых, исследователей и психологов. И возможно ли вообще, учитывая, что инициация прошла давно, а парочка сжилась. Но оставлять малышку в опасности нельзя. Так что…

— Что?! Какой?! — возмутился ритор.

— Отлично! Еще пример… — завороженно выдохнул Пинто. — То есть, вы заподозрили вселение, потому что уже видели другого вселенного? Здесь, в академии?

— Допрос завершен, — заявил Сантана.

— Выкуси, — азартно парировал безопасник. — Обещание официально зафиксировано. Да у вас тут, оказывается рассадник вселенных хаоситов, я остаюсь поработать. И, кстати, вы, сэр Хог — единственный, кто не пришел на вчерашнюю встречу.

Несколько минут они в голос препирались, пока Пинто не вспомнил про ограничение по времени и не взялся за нас с Райденом всерьез, забросав вопросами.

— Показались странными ночные прогулки дочки садовника, Лири Пьюнжик. Ее странные разговоры, интерес к периметру, — ответила я.

— Девочка? Вселение в ребенка? — Пинто на меня смотрел влюбленно. — Есть шанс на управление, контроль, ооо…

— Не совсем, — вальяжно сообщил Камачо. — Хаосит в ее кукле. И когда он пытается взять власть, она просто макает его головой в воду или колотит им со всей дури по земле. Я, кстати, предостерег бы вас от излишних надежд насчет девочки. Эта кроха от добродушия до ярости разгоняется меньше чем за секунду.

— Обычная женщина, — пожал плечами безопасник.

Ему явно уже не терпелось нас покинуть, поэтому оставшаяся часть беседы вышла скомканной. И через пару минут Пинто шел, хм… очень быстро шел в административный корпус к претору за разрешением «поиграть с куклой». А мы остались рядом с добродушно на нас смотрящим Сантаной. На всякий случай Райден прикрыл меня плечом.

— Почему не сообщили о кукле? — заботливо спросил доброжелательный любитель попрыгать на чужих костях и назвать это тренировкой и обучением. Мой рассказ, как о девочке я сообщала, но Фуко сказал к ней «не лезть», ритор воспринял с еще более пугающим теплом.

— Ты нарушила приказ своего ритора, но при новых подозрениях даже не попробовала подойти к другому преподавателю? Например, ко мне, — он склонил голову к плечу, словно увидев меня впервые и более жестко сообщил. — Ты понимаешь, что я не верю?

Этот новый Сантана пугал, в его глазах клубилось… равнодушие. Он отдалялся от меня со скоростью почтового поезда, все более набирающего ход и не планирующего остановок. Крыть было нечем.