Стражи

Я потом покажу дорогу…

Что бы там шофер про него ни думал, он кивнул и завел мотор, правой рукой со щелчком повернул барашек на никелированном счетчике, торчавшем меж ними округлым коробом, и машина влилась в поток. Прекрасно сознавая, что поступает, быть может, и неразумно, фон Шварц тем не менее произнес:

— Только вот что… Езжай-ка так, чтобы я посмотрел Красную площадь. Давненько не бывал в Москве, — и тут же добавил предусмотрительно: — Давно не бывал… хоть и знаю ее неплохо.

Это было сказано на тот случай, чтобы ушлый водитель не думал ради лишнего заработка везти явного провинциала окружным путем. Знаем мы их, прохвостов, еще старинные извозчики этим грешили напропалую.

Шофер, судя по быстрому, пытливому взгляду, последние слова пассажира принял к сведению — и ехали они прямой дорогой.

Странные впечатления сложились у фон Шварца через четверть часика. Иные кварталы он узнавал безошибочно, иных и в глаза не видывал — многие здания абсолютно незнакомы — не было таких ни в прошлые времена, ни при Советах… Ах, ты ж!

Впереди только-только зажегся зеленый глазок светофора, и машина оказалась в хвосте целой вереницы и шла очень медленно, а потому фон Шварц не только отлично рассмотрел бело-зеленый флаг над входом в трехэтажный особняк, но и изящную бронзовую табличку, где было выгравировано с кудрявыми завитушками на чистейшем русском языке по той орфографии, что в Советском Союзе именовали «старой»: «Посольство Сибирской Республики». Час от часу не легче — не только Польша с Финляндией, но и Сибирь. До такого в его родном времени все же не дошло…

— А что, голубчик, далеко ли до посольства Украины? — осведомился фон Шварц таким тоном, чтобы это можно было моментально обернуть в шутку.

Однако шофер ответил совершенно серьезно:

— Версты четыре будет. Поедем?

— Нет, я просто так спросил, — ответил фон Шварц. — Вроде бы в прежние времена оно здесь поблизости располагалось.

— Путаете, сударь, — с некоторым превосходством сказал шофер. — Сколько я за рулем, столько оно на одном и том же месте располагалось с самого начала…

Эх, вот тут бы и спросить, что подразумевается под «началом»! Но нет, опасно, такие вещи здесь, несомненно, обязан знать и дремучий провинциал. Скверное же было это самое начало, если даже Сибирь… А еще кто? Интересно, в каких границах здешняя Украина? Вот так вот ляпнул бы городовому, что приехал из Киевской губернии — а здесь это оказывается натуральнейшая заграница…

На Красной площади, разумеется, никакого Мавзолея не имелось. И Сухарева башня красовалась на прежнем месте целехонькая.