Страж Предела

Удачи.

— Спасибо, — еще раз проговорил Рэйзер, поправляя ремень стрелкового комплекса.

— Давай, командир. Пока я еще в состоянии. Раз!

Скайлер бесшумно скользила по заросшему склону, лавируя между стволов деревьев и кустов живоглота, стараясь не задевать ветви — единственное, что может ее выдать. От дороги девушку отделяла целая стена почерневшего, мутировавшего, но все же живого кустарника, так что вряд ли кто-то заметит прозрачное пятно, перетекающее от укрытия к укрытию. Активированное маскировочное поле успешно поглощало любые типы волн детекторов, скрывало тепловое излучение ее собственного тела и даже глушило звуки, превратив Скайлер в настоящий призрак, едва заметное искажение пространства.

В то же время, она сама пристально всматривалась в дорогу. Преследователи пойдут именно по ней, в этом девушка была уверена: ни один человек в здравом уме не попрется в эти заросли, особенно, если он хотя бы раз до этого успел побывать в Инферно. Слишком много сюрпризов может здесь скрываться. От мины с газом, превращающим человека в туманника, до плотоядных кустов, жаждущих свежей крови. А те, кто шли по их следу, в Инферно явно уже бывали. Так что Алтай все рассчитал правильно. Главное — пропустить врагов вперед, дать им втянуться в бой с засевшим в здании лодочной станции десантником, и, вынырнув из кустов, покончить с этим.

Алтай… В первый момент, только увидев, кого именно выволокла из развалин, девушка не поверила собственным глазам. На то, чтобы узнать в изувеченном, умирающем бойце человека, спасшего ее на Калибане во время восстания, ушло не больше пары секунд. Хотя времени с тех пор прошло достаточно, Скайлер запомнила его до малейших подробностей. В конце концов, если бы не он… Страшно подумать, что сделали бы с ней те трое, перед тем, как убить. И она их, наверное, понимала. Она сражалась наравне с другими бойцами сопротивления, и от ее руки пал не один солдат Федеральных войск. До сих пор при этих воспоминаниях мурашки по телу пробегают. Дьявол, какой же она была легковерной идиоткой! Это надо же, дать настолько задурить себе голову…

Скайлер не врала, говоря Алтаю о том, что жалеет о содеянном. И дело даже не в кошмарах Одинокого пика — тюрьмы для заключенных особого режима, расположенной на крайне негостеприимной Фурии. В часы покоя, сменяющие каторжный труд, перед тем как забыться тревожным, полным кошмаром снов, она снова и снова анализировала все, произошедшее за последние месяцы и приведшее ее в тюрьму, и неизменно приходила к одному и тому же выводу: все, что произошло на Калибане, было тщательно подготовлено и спланировано задолго до того, как произошло.