Страж Кодекса (СИ)

— Терентий, — с улыбкой сказал я. — Найди Захара и Бареева. Пусть сопровождают.

— Будет исполнено, господин! — бодро ответил он и убежал.

Как только бойцы явились, то получили от меня короткие инструкции и ушли с женщинами. И пусть мне не хотелось отпускать Крис в таком состоянии, но я чувствовал, что для неё это важно, а потому уступил. Но только в этот раз. Шереметьевы уедут, и она отправится долёживать в постель.

— Когда мы сможем забрать сына, Дмитрий? — спросил Шереметьев, разгоняя тишину. — Понимаю, что сейчас в его состоянии это маловероятно, но я был бы рад узнать чуть больше информации. И ещё более признателен, если бы рассказали, кто именно ранил Владимира.

На последних словах от него пыхнуло силой, но он быстро взял себя в руки.

— Насчёт перевозки… это вам лучше согласовать с целителями, когда вы его навестите, — с улыбкой ответил я. — А касательно нападавших… Это тоже секрет рода, Александр Викторович.

— Мне хватит и намёка, — стоял он на своём. — Вы должны меня понять…

И вот тут он хватил лишку, а судя по его слегка расширившимся глазам, дошло до него всё сказанное с опозданием.

— Поверьте, Александр Викторович, я вас понимаю, как никто другой, — ухмыльнулся я. — Чувство желанной мести мне очень хорошо знакомо.

— Но вы сделали. Впрочем, кто старое помянет — тому глаз вон, а кто забудет — тому оба вон. Пусть наши рода враждовали ранее, но время идёт, а шрамы заживают. Тем более, что вы не стали вмешиваться, когда пропал ваш давний друг.

Вот теперь глаза Шереметьева раскрылись в полном удивлении. Он бросил взгляд на грядки и Ефрема, к которому прибежал Славик.

— Кто знает, — пожал я плечами со всё той же ухмылкой. — Полиция до сих пор ничего не нашла, да и ситуация там непонятная.

— Я понял, — кивнул он. — И хотел бы принести извинения за необдуманные слова.

— Бросьте, Александр Викторович, — фыркнул я. — Не будем мусолить эту тему. Как и прошлые обиды. Вы хотели намёка? Хорошо… Наши гости были европейцами, и они известны своей любовью к чаю.

Мужик в этот момент как раз делал глоток напитка и замер, посмотрев на чашку.

— Британцы… — тихо прошептал он и громче сказал: — Спасибо, Дмитрий.

— Да будет вам, — улыбнулся я, после чего поднялся со своего места. — Вы хотели видеть сына? Как насчёт сейчас?

Шереметьев кивнул и тоже встал из-за стола, собравшись с духом. Ну да, видеть своего перебинтованного ребёнка сможет не каждый родитель.

Вывалившись из портала, Лилит резко вскочила на ноги и поправила платье. Демоница начала осматриваться, а её взгляд подмечал незнакомые предметы интерьера, в которых она признала кухонную утварь.