Страж. Дилогия

За Германом Алина последовала без лишних слов. Они шли по коридору, больше напоминающему бункер. Стальные стены, серый пол. Множество ответвлений. И снова захотелось спросить, а как выглядит это место на самом деле?

Когда они подошли к одной из дверей, Герман положил ладонь на середину полотна. Вокруг неё вспыхнуло небольшое фиолетовое свечение, активизируя внутренние механизмы. Алине даже показалось, что она услышала легкий щелчок.

- Давай, заходи, - снова неприветливо бросил Герман и подтолкнул Алину вперед. Грубовато.

И Алина не сдержалась, огрызнулась в ответ.

- Я и сама могу.

Сказала - и сразу же пожалела. Потому что через секунду была прижата к стене и распластана огромным телом Германа.

книга 1. глава 6

6

Он набросился на неё со всей своей яростной мощью, его губы обрушились на неё, никак иначе происходящее не назовешь. Герман несколько раз брал её, но никогда не удосуживался поцеловать. Просто тело. Просто плоть. И всё.

Тут же он прижался к её губам в страстном порыве, желая не только узнать, какие они на вкус, он жаждал полного их обладания. Его губы действовали жестко, они были проявлением его сущность, его потребности. Мяли, покусывались, стремились попасть внутрь. Никак не ласкали.

Алина, быстро придя в себя от шока, поспешила приоткрыть губы и пустить его язык внутрь. Было дискомфортно стоять, крепко прижатой к стене. Ни вздохнуть, ни выдохнуть. Грудь расплющили. И это ещё не все. Одну руку он опустил вниз, сжал ягодицу девушки. Ощутимо. Впрочем, как и всё, что он делал.

Но, видимо, его что-то не устроило. Он, издав непонятный звук, распластал ладонь и с легкостью приподнял Алину, которая считала себя не пушинкой, таким образом идеально подстраивая её тело под свое. И Алина была уверена на сто процентов, что её вес его не напряг.

И вот тут, в этот самый момент, когда нервы были натянуты до предела, когда обида захлестывала Алину, переполняя и разрывая изнутри, у неё в груди что-то щелкнуло. Или это было в голове? Да какая разница... Она отчетливо осознала, что если сейчас же, сиюминутно не выплеснет эмоции, они ни оставят от неё ничего, высушат, погубят. Нельзя долго сдерживаться, ограничивать себя. Человеческий резерв не бесконечен. И Алина, приглушенно застонав, вцепилась Герману за плечи. Стерлись различия между ними, исчезли грани реальности. Осталось его сильное крепкое тело, которое сейчас жестко прижималось к ней, посылая непонятные будоражащие импульсы, сыгравшие не последнюю роль в том, что последовало далее. Алина ответила на поцелуй Германа. Вдруг осознала, что её губы ласкают его не из-за того, что ""так надо"", как это было ранее, а потому что ей нравится и хочется ещё.

Всего ""ещё"".

И крепкого тела - обнаженного.

И сильных рук - ласкающих.

И эрегированного члена - проникающего.