Офицер: Офицер. Тактик. Стратег (сборник)

Супуруну-сэнсей был прав: нельзя отвлекаться в бою и не стоит гордиться победой, пока бой не окончен…

Бойнтон Грегори[372] грязно выругался: короткий и верткий самолет с алым кругом на фюзеляже резко рванул вверх, как раз в тот момент, когда он — «Пеппи-смерть япошек», нажал на гашетку. И промазал по этому долбаному сукиному сыну!!!

Грегори прошипел еще одно ругательство и тут вдруг сообразил: промелькнувший в прицеле джап был не «Оскар» и уж тем более — не «Нейт»[373]. Короткий, с широкими крыльями он был похож… он был похож… Да ни на что он не был похож! Во всяком случае — ни на один японский самолет, виденный Пеппи ранее. И он был явно быстрее и вертлявее всего того, что было у японцев до сегодняшнего дня! «А еще этот сукин сын куда более везуч, чем прежние джапы, — подумал лейтенант Бойнтон. — Надо же было угодить пулей прямо в карбюратор! Так двигатель взрывается от попадания “пом-пома” или если попали в карбюратор… Ну ведь не пушки же стоят на этом мелком засранце!..»

Он закричал в микрофон:

— Внимание! Новые джапы! — И вспомнив, как лихо удрал японец на высоту, прибавил: — Не вяжитесь с ними на вертикалях. Тяните в собачью свалку!

В этот момент перед ним снова промелькнул вражеский истребитель, нацелившийся на один из четырех оставшихся после первого лихого наскока «Мартинов». Грегори мгновенно дал вправо и, выжимая из мотора своего Р-40 все, что только можно, и даже то, что нельзя, зашел противнику в хвост.

Японский пилот, должно быть, заметил лихой маневр лучшего аса «Тигров», на счету которого было уже три сбитых самолета, потому что широкой дугой постарался выскочить из-под удара. Но Бойнтон знал, что это ему не удастся. Он, словно бешеный бульдог, вцепился в хвост джапа, осторожно доворачивая машину и загоняя японца в прицел. Вот сейчас… вот еще чуть-чуть…

Курое Ясухико увидел, как тюса Супуруну-сенсей свалил короткой очередью американский двухмоторник, и возрадовался победе своего наставника. Но тут же гневно сжал зубы: западный демон напал на сэнсея и даже зашел в хвост. Тюса, разумеется, увернулся от первых очередей американца, но тот висел у Супуруну-сэнсея за спиной, точно приклеенный. «Он так увлекся погоней за нашим тюса, что, должно быть, даже дышать забывает, — подумал Курое. — И уж конечно не заметит скромного тюи, который подойдет к нему чуть ниже…»

«Сто восьмидесятый» послушно нырнул вниз, и через мгновение тонкий и длинный вражеский истребитель уже заполнил прицел своим голубым брюхом.