Офицер: Офицер. Тактик. Стратег (сборник)

Глеб, занимавшийся тылами и контрразведывательной работой, тоже не скучал, постоянно мотаясь с взводом охраны по дорогам и отлавливая диверсантов и просто окруженцев, заплутавших в лесах.

Но настоящий ужас на поляков наводили снайперы бригады, которых уже прозвали «тихой смертью». Одетые в «лохматый» камуфляж и неразличимые буквально с пары метров, они выкашивали офицеров и сержантов армии Польши буквально сотнями, не давая покоя ни днем, ни ночью. Тихий хлопок из бесшумной винтовки не позволял определить место выстрела и, несмотря на огромную награду в сто тысяч злотых за голову снайпера, еще никому не удалось получить эти деньги.

Поляки пробовали было использовать для борьбы с красными диверсантами отборные части горных стрелков, но тут очень хорошо себя проявили полевые радиостанции, позволяя группам оказывать взаимопомощь во вражеском тылу, и частенько отряды охотников сами становились дичью, попав под удар нескольких подразделений или штурмовиков.

Поручик Анджей Гжибовский поднял руку, и взвод подхалянских стрелков[194] замер, словно увидев Медузу Горгону. Скривив рот, Гжибовский прошипел:

— Томаша ко мне!

Капрал Томаш Печка был в роте лучшим следопытом. Гуцул по матери, он всю жизнь прожил в Карпатах, и вместе с отцом грешил браконьерством. А потому не только видел следы, но и мог определить: где лучше спрятаться человеку или группе людей. Опыт богатый имелся.

Свистящим шепотом приказ был передан по цепочке, и через минуту Печка уже вытянулся пред поручиком.

— Томаш, — Гжибовский не смотрел на капрала, пристально вглядываясь в припорошенный снегом лес. — Что скажешь?

Печка внимательно огляделся, прислушался, сняв свою фетровую гуцулку[195], даже принюхался. Затем осторожно подошел к куче хвороста, накрытого белой снежной шапкой, и, крякнув, оттащил в сторону несколько валежин. Взору Гжибовского открылась неглубокая ямка, совершенно чистая от снега — несколько упавших с веток снежинок не в счет.

— Лежка, — произнес Томаш. — Здесь они пережидали.

По сигналу из тыла подхалянцев подтянулись трое жолнежей из бригады «Полесье»[196] — вахмистр и двое рядовых со служебными собаками.

— Прошу, панове, — указал Гжибовский рукой на лежку.

Собаки покрутились, но довольно быстро взяли след и потянули проводников вглубь леса. Теперь уже подхалянцы не соблюдали тишины — все равно лай собак их выдаст, — и ломанулись сквозь чащу, точно стадо зубров. «Сейчас, сейчас, — думал Гжибовский на бегу. — Сейчас, краснозадые товарищи, мы с вами и переговорим!»

Группа, которую разыскивали подхалянские стрелки, уже отметилась в польском тылу двумя нападениями на штабы полков, разгромом тыловой колонны десятой пехотной дивизии и взрывами на железной дороге.