Страстное желание

Возможно, ее молчание навсегда лишит Кэт его доверия. Она набрала номер мужа. Он ответил сразу, словно ожидал ее звонка.

— Ты не мог бы сегодня освободиться пораньше и приехать к моей бабушке? Я буду там.

— Думаю, это возможно. Проблемы?

Она вздохнула:

— Пока еще не знаю, но пытаюсь понять.

Гейб не стал больше терять времени:

— Буду через полчаса.

Кэт выключила телефон. За последние пять минут снег стал намного гуще. И хотя день был в самом разгаре, тяжелая снежная завеса создавала иллюзию наступающего вечера. Кэт посмотрела на свое отражение в витрине, окутанное снежной мглой. И на мгновение ей показалось, что она зависла в безвременье, между двух миров. С одной стороны — жизнь, которая была у нее до того, как Джесса ее разрушила, с другой — то, что они успели создать с Гейбом. Сейчас эти две жизни столкнулись, и она не может ничего сделать, чтобы предотвратить катастрофу. Остается лишь надеяться на чудо.

И по какой-то мистической причине в сердце Кэт блеснула искра оптимизма. Ведь сейчас сезон чудес. Возможно, просто возможно, еще есть шанс все исправить. Возможно, она не потеряет Гейба.

Витрина переливалась яркими рождественскими огнями — вечными символами несокрушимой веры — призыва к надежде и миру. Кэт прижала ладонь к холодному стеклу, пытаясь унять пульсирующее в ней беспокойство — постоянное напоминание о ее связи с Гейбом. И услышала шепот внутреннего голоса, убеждающего ее пойти к нему. И во всем сознаться.

Голос призывал ее открыться любимому мужчине.

Она закрыла глаза, пытаясь побороть страх, который спалил ее изнутри после того, что случилось пять лет назад. И внезапно Кэт поняла, что у нее есть выбор. Она может решиться и довериться Гейбу и продолжить движение вперед. Или она может сделать шаг назад и вернуться в одинокий безопасный мир, в котором жила до Гейба.

Она открыла глаза и приняла решение, следуя своему страстному желанию.

* * *Гейб ворвался в прихожую Матильды, словно ангел мести, в развевающемся черном пальто, покрытом снежной пылью. Кэт было достаточно одного взгляда на его лицо, чтобы понять, что ее рождественская молитва осталась без ответа. Она не знала, как это случилось, но он был в курсе истории с ожерельем. И у Кэт не осталось ни малейшего сомнения, что его открытие положит конец их браку.

Она отпустила руку бабушки и поднялась ему навстречу:

— Гейб…

Он бегло посмотрел на Матильду и сразу переключился на Кэт. Его золотистые глаза казались темными омутами.

— Похоже, у тебя есть что мне сказать.

Она кивнула, не смея отвести взгляд, скованный его решимостью.

— Прежде всего, я должна признаться, что отдала ожерелье твоей мамы Франческе на экспертизу.

— Когда?

Она вздрогнула от этого единственного и такого многозначного слова:

— В день нашей свадьбы.