Страстное желание

Этого так и не случилось. Все, что осталось у Кары, — пустые обещания и сверкающее огнями «Страстное желание».

Гейбу было двадцать, когда их мать тяжело заболела, и срочно потребовались деньги, поэтому он продал ожерелье Матильде Четсворт. На эти же деньги он начал свой бизнес, но поклялся, что обязательно выкупит ценное украшение.

В конце концов Гейб осознал, почему это ожерелье так важно для него. Оно стало символом боли, которая каждый день ныла в его груди. Обиды на мужчину, который предал их. На семью, которая не приняла их. Символом того, что причинило столько неприятностей его матери, сестре и ему самому.

К сожалению, к тому моменту, как финансовое положение Гейба Моретти стало достаточно прочным для покупки ожерелья, Матильда категорически отказалась его продавать. Он женился на ее внучке Джессе, но ожерелье так и осталось вне досягаемости. Манящим обещанием. Фантомом. И теперь Гейб не мог понять, почему Матильда решила передать его своей непутевой внучке. Зачем она поступает так с ним, особенно после того, как отвратительно Кэт обошлась с Джессой?

Гейб внимательно посмотрел на Кэт:

— Так оно у тебя?

Всего четыре слова, но в них таилась длинная печальная история всей его жизни. Того, что сделало его тем, кто он есть сейчас.

— Недавно мне позвонила бабушка и попросила меня вернуться домой. Она пообещала отдать ожерелье после того… — Лицо Кэт на мгновение исказилось болью. — После."

"— В таком случае приходи, когда получишь его. А теперь, если не возражаешь… — Гейб махнул рукой в сторону двери. — У меня много дел.

— Боюсь, я еще не все рассказала. Могу я выпить воды? Умираю от жажды.

— Собираешься играть роль преданной внучки, скорбящей по поводу тяжелой болезни бабушки? Завязывай с крокодиловыми слезами. Меня не купишь, детка.

— Слезы, которые я могла бы пролить по бабушке, были бы самые настоящие. После того как в возрасте пяти лет у меня умерли родители, Ба вырастила меня. Я никогда не смогу отблагодарить ее за все, что она для меня сделала. Но перед тобой я рыдать не собираюсь. Я никогда не плачу. Никогда.

— Итак, сколько? Сколько ты хочешь за «Страстное желание»?

Кэт даже не вздрогнула.

— Оно не продается.

— Да ты… — Его руки сжались в кулаки. — Кем ты себя возомнила? Сначала ты спишь с Бенсоном Винтерсом — женихом Джессы, а теперь ты нашла пути снова втереться в доверие Матильды, чтобы завладеть ожерельем. Почему? Что за игру ты затеяла?

— Это не игра. Я никогда не играла.

— Я заплачу тебе полную стоимость ожерелья. Даже больше. Деньги не имеют значения. — Как обычно, когда дело касалось ожерелья, Гейб утрачивал все свои деловые навыки, приобретенные за последние десять лет.

— Цена ожерелья не определяется деньгами. Кажется, ты собирался налить мне воды?

Черт, черт, черт.