Аромат страсти

Мы с Анатолем остались в смотровой одни, и лишь тогда он сдержанно выдохнул и тихо попросил:

— Шанни, будь другом, возьми сумку и одежду.

Не совсем понимая суть просьбы, я тем не менее ее выполнила и только тогда догадалась, что Анатоль собрался делать.

— Не дрейфь, детка, я тысячу раз так делал! — с каким-то мальчишеским вызовом заявил больной на всю голову демон, прыгая в сторону стационара на одной ноге. — И вообще! Я не барышня какая, чтоб меня таурины всякие на руках таскали! Узнай об этом шеф — до конца жизни стыдить будет!

— Это что ж у тебя за шеф такой бессердечный? — возмутилась я еще больше, с опаской идя следом и в оба глаза следя, чтобы Анатоль, не приведи космос, не споткнулся и не повредился еще больше. — Изверг!

— О, ты даже представить себе не можешь какой… — блаженно простонал господин больной, радостно растягиваясь на единственной свободной и к тому же заправленной кровати в дальнем углу помещения. — Твой Мак-Иш рядом с ним — щенок молочный!

— Он не мой, — зачем-то буркнула я, не слишком бережно возвращая Анатолю сумку и куда аккуратнее перекладывая одежду на тумбочку.

— Да все я понял, — неожиданно устало возразил Ан-Лин, при этом не глядя на меня, но и не спеша разбирать сумку. — Он твой, ты его… Может, не уже, но очень… очень скоро. А я опоздал. Опоздал на долгие девять лет. А знаешь, я ведь тогда не меньше тебя хотел, чтобы между нами было что-то большее, чем дружба.

Я замерла, чувствуя, что происходит что-то очень важное, а Анатоль поднял на меня взгляд, и в глубине его серых глаз я увидела горечь сожаления. Губы демона скривились в горькой усмешке, и он тихо, но вполне отчетливо продолжил говорить:

— Но твоя ба еще на твое шестнадцатилетие сказала, что мы слишком разные и будущего у нас нет. А потом добавила, что отрежет мне яйца, а затем скормит мне же, если я рискну нарушить ее запрет. И знаешь… Я ей поверил. И отступил. Знаю, глупый и малодушный поступок. Но тогда мне казалось, что так действительно лучше. Прости меня за это. А теперь, будь умничкой, займись своим вторым пациентом, мне надо кое с кем пообщаться. Приватно. Обещаю, дальше стационара не уйду и обязательно дождусь прибытия оборудования, чтобы ты смогла отыграться на мне за все. Иди, Шанни. Иди.

Словно в тумане, я заторможенно кивнула и направилась прочь от его кровати. Лишь в приемной, увидев озадаченное лицо Лу, поняла, что ушла дальше, чем нужно. На секунду закрыла глаза, глубоко вдохнула и выдохнула. Легче не стало, но хотя бы туман начал рассеиваться. Пришлось пройти в собственную спальню, а затем и на кухню, чтобы слегка помочь себе не самым легальным, но вполне действенным способом: запить успокоительное коньяком.

Какой длинный и насыщенный сегодня день…

Увы, он еще не закончился.