Когда правит страсть

– Они хотя бы заслуживали смерти, те, кого ты убивал?

– Разве кто-нибудь ее, вообще, заслуживает?

– Ты сейчас так рассуждаешь, а тогда?

– Нет, тогда я бездумно выполнял свою работу и получал за это деньги. Мне было все равно. Хотя ты права, были действительно заслуживавшие смерти. Иногда мне хотелось убить тех, кто платил за убийство. Свою жизнь я ценил не больше, чем те жизни, которые забирал. Существовало множество причин, чтобы нанимать людей вроде меня: политика, месть, устранение конкурентов или врагов. И я вовсе не был одинок на этом поприще, вовсе нет. Если бы я не взял заказ, то всегда нашелся бы кто-то другой.

– Это тебя не оправдывает, – сказала Алана. – Судьба могла распорядиться иначе.

– Верно, – согласился Паппи. – И все же в глубине души я себя оправдывал. Я делал свое дело хорошо. Я умел убивать без лишней боли. Так лучше пусть буду я, а не какой-нибудь мясник, который получает удовольствие от этой работы. Я был известен как Растибон, и слава Растибона постоянно росла.

– Еще одно фальшивое имя?

– Да, которое никак нельзя было связать со мной. И со временем я действительно начал ценить свою репутацию человека, ни разу не провалившего задание. Не знаю почему. Я гордился своим талантом, наверное, хотя талант этот был самым отвратительным. Спустя семь лет я стал подумывать о том, что хорошо бы Растибону отойти от дел с этой незапятнанной репутацией, прежде чем она будет испорчена неудачным покушением.

– Была ли это единственная причина, по которой ты решил уйти? – спросила она.

– Нет. Ярость иссякла и больше не управляла мной. Исчезло и желание быть пойманным, чтобы кто-то оборвал и мою жизнь тоже.

– А сам ты не мог с этим справиться?

Паппи бросил на нее косой взгляд.

– Я неоднократно пробовал покончить с собой, дойдя до отчаяния, но всякий раз убеждался, что инстинкт самосохранения не умер во мне вместе с совестью. А потом и совесть стала постепенно оживать, заставляя меня задумываться над тем, чем я занимаюсь, и все сильнее ненавидеть свою работу. Так созрело решение уйти.

Алана не могла не спросить:

– Ты тренировал меня, чтобы сделать наемной убийцей, как ты сам, не так ли? Иначе зачем было обучать меня владеть почти всеми видами оружия?

– Не говори глупостей. Я тренировал тебя, чтобы ты могла защищать себя и была неуязвимой.

– Почему это могло мне понадобиться?

– Из-за твоего происхождения, Алана."

"– И кто я такая?

– Ты из рода Стиндалов.

Фамилия показалась Алане знакомой, но она не могла припомнить, откуда ее знает, – ужас отуманил ее сознание. Может, ее семья до сих пор жива или…

– Как ты нашел меня? И пожалуйста, Паппи, прошу тебя, не говори, что ты убил моих родителей. Не думаю, что я смогу…

– Нет, принцесса, – поспешно заверил он.