Больше, чем страсть

Охренеть! Снова она напомнила ему женщину эпохи Возрождения – великолепную, невероятно женственную и загадочную…

Казарин мотнул головой, сбрасывая с себя странное оцепенение и завороженность, и прошел вперед, присоединившись к дамам.

– Добрый вечер, – поздоровался он.

– О, Даниил, привет! – обрадовалась Мария Победная.

И на глазах пораженной таким панибратским приветствием Нади эти двое приобнялись и поцеловались в щечки, как старые добрые друзья.

– Здравствуйте, Мария, – улыбнулся Казарин и, хитро усмехнувшись, поинтересовался: – А что наш муж еще не прибыл?

– Здесь, сейчас будет речь произносить.

– Тогда я, пожалуй, вас больше целовать не стану, а то, как в прошлый раз, придется спарринг проводить. Мне как-то неудобно бить по мордасам почти олигарха нашей страны, – рассмеялся легко Даниил.

– Да кто кому еще набил! – тут же вступилась за мужа Мария Владимировна и пожурила: – Оба хороши! Хуже Лешки, ей-богу! Мальчишки!

– Вот-вот, я потому и пропустил парочку ударов, что Лешка ваш кинулся папаше любимому помогать и дубасил меня почем зря, ему казалось, что это просто куча-мала, – улыбался Даниил.

– Я же говорю, мальчишки, – развела назидательно руками Мария и спохватилась, вспомнив о хороших манерах: – Ох, извините нас, Наденька, я вас не представила, – и повела ладонью на Казарина, – это Даниил Антонович Казарин, давний друг нашей семьи, с Димой они были знакомы еще задолго до меня. А это… – начала разворачиваться она к Даниилу.

– Мы знакомы с Надеждой Семеновной.

– Да? – удивилась госпожа Победная.

– Да, – глядя только на Надю, ответил Даниил, усмехнулся и перевел взгляд на Марию. – И тоже задолго до вас. Больше десяти лет назад она у меня работала.

– Ты что, эксплуатировал детский труд? – посмеялась Мария.

– Почти, – улыбался он и спохватился: – Спасибо, вы мне напомнили о манерах и этикете.

Они заговорщицки переглядывались, видимо, вспоминая какие-то истории про тот самый этикет. А Надя смотрела на них, пораженная, переводя взгляд с одного на другого.

Находясь в своих глубоких переживаниях и выбитая из привычной колеи событиями последних двух дней, практически в шоке, она совсем забыла, что Казарин некогда был известным бизнесменом, занимавшимся инвестициями в масштабные международные проекты и вполне мог вращаться среди олигархов этой страны. Он давно исчез с журнальных таблоидов и перестал являться объектом журналистских интересов, сплетен и светской хроники, и Надя совершенно не знала, чем Казарин сейчас занимается и что делает. Могла, разумеется, пошариться в Интернете и разузнать о нем что-нибудь, но еще десять лет назад дала себе зарок не делать этого.