Страшные сказки с Чёрного корабля

Когда бедняга наконец позволил остальным приблизиться и помочь ему, они в изумлении увидели, что кончик его пальца лишился мяса до самого конца первой фаланги. Кровь сгустками выходила из раны и падала на выгоревшую палубу.

Все, как один, обернулись к Джорджу, который по-прежнему держал улитку в руках, и ее пропитанная кровью плоть омерзительно подергивалась. Джордж вышел из оцепенения и выронил улитку на палубу, где она с ужасающим проворством перевернулась и поползла прочь, оставляя за собой багровый след.

Капитан уже заподозрил неладное и сошел со шканцев выяснить, что стряслось. Он быстро и хладнокровно взглянул на искалеченный палец, на испуганные лица свидетелей сцены и, наконец, на уползающее существо. Потом шагнул вперед и что есть силы наступил на улитку каблуком сапога.

Диковинная раковина хрустнула, и Джордж закричал, но никогда еще он не видел ни на чьем лице такого отвращения, какое было написано на лице капитана, когда тот убрал ногу и посмотрел на раздавленное гадкое существо. То же выражение было и на лицах остальных.

Ведь, по правде говоря, тварь, лежавшая среди обломков раковины, больше походила не на моллюска, а на товар мясника: сырое мясо или требуху.

– Видишь, что ты натворил, бестолочь? – хрипло рявкнул капитан, а затем повернулся к команде и приказал всем возвращаться к работе. С некоторым удовлетворением Джордж отметил, что капитан направился к своей каюте быстрее обычного. Этот неотесанный человек, кажется, нашел достойного соперника – в улитке.

Пострадавший моряк сыпал проклятиями, рана сильно кровоточила, и судовой врач увел его, чтобы довершить начатое улиткой и ампутировать палец. Только Джордж не мог отвести восхищенного взгляда от раздавленной улитки и думал, каким ценным экземпляром его коллекции она могла бы стать.

– Убери эту дрянь, Нортон, – сказал старший помощник, проходя мимо.

Но они еще не поняли – хотя это ничего бы не изменило, – что ужасная улитка была не единственной и что в массе водорослей, опутавшей «Стрижа», жила целая колония этих моллюсков.

Вскоре на палубе одна за другой стали появляться другие улитки, и Джордж был не единственным, кто догадался, что их, как пчел нектар, привлекала кровь из поврежденного пальца и размазанные по палубе останки.

Джорджа это привело в восторг; остальным же этот восторг был так же противен, как и сами улитки. Старпом уличил Джорджа в попытке спрятать одного из моллюсков в ящик, и капитан сказал, что, если такое повторится, Джорджа выпорют, кем бы там ни был его отец.

Сначала, когда улитки медленно переваливались через фальшборт, морякам приказывали сдергивать их, не касаясь плоти, и выбрасывать обратно в море. Капитану – да и всем остальным – явно не хотелось, чтобы одну из них снова размазали по палубе.