Инженер страны Советов

Человек, фактически создавший советскую авиаконструкторскую школу и воспитавший таких выдающихся конструкторов, как Владимир Мясищев, Владимир Петляков, Павел Сухой, Александр Архангельский, Михаил Миль, Семен Лавочкин и многие другие. Вот ей-богу, хотелось встать перед ним, как школьнику перед Учителем, но наличие конвоира, хоть он и вышел сразу же, к этому не располагало.

— Добрый день, Андрей Николаевич. — Я протянул ему руку для приветствия, что его несколько удивило. Не принято вольному здороваться за руку с зэком. Но, тем не менее, на рукопожатие он ответил. — Прошу вас, присаживайтесь. Разговор у нас с вами предстоит довольно долгий. Да, позвольте представиться. Шершнев Михаил Андреевич, директор «Бюро перспективных разработок при НКВД СССР» и помощник товарища Сталина по техническим вопросам. С некоторого времени я являюсь фактически заказчиком всей выпускаемой в стране техники и, стало быть, вашим заказчиком тоже.

Было видно, что Туполев очень удивлен услышанным.

— Молодой человек, простите, а сколько вам лет?

— Мне 26 лет, но поверьте, товарищ Туполев, это роли не играет, — ответил я с улыбкой.

Знал бы он, сколько мне действительно лет. Фактически мы с ним ровесники.

— Гражданин, — поправил меня Туполев.

— Что? — не сразу понял я.

— Ко мне нужно обращаться не товарищ, а гражданин, — с какой-то легкой снисходительной, но в то же время с заметной грустной улыбкой уточнил он.

— Думаю, что это ненадолго. — Я протянул ему черновик ходатайства об условно-досрочном освобождении и снятии судимости.

— Это никто не утвердит. — Туполев со вздохом вернул черновик мне."

"— Это ходатайство мне поручили написать товарищ Сталин и товарищ Берия. Так что, считайте, уже утвердили. Вам же нужно составить список конструкторов, инженеров, возможно даже, квалифицированных рабочих, которые находятся в заключении и которые, по вашему мнению, могут принести больше пользы стране, оказавшись на свободе.

Будьте очень внимательны. Ваш список — это фактически поручительство за этих людей. Если в ком-то не уверены, то внесите его в отдельный список, и с ним будем разбираться в особом порядке. И, ради бога, не пропустите кого-нибудь, не забудьте. Можете посоветоваться со своими, так сказать, коллегами. Пусть и они внесут в ваш список известные им фамилии.

Я вышел из-за стола и прошелся туда-сюда по кабинету. Похоже, перенимаю привычку Сталина.

— Предстоит много работы, Андрей Николаевич, просто колоссально много. Возможно, кто-то впоследствии вспомнит времена в лагере как самый спокойный период жизни.

— Все настолько плохо? — пристально глядя на меня, спросил конструктор.

— Все еще хуже, чем вы себе представляете, Андрей Николаевич.