Инженер страны Советов

Не знаю, что подумали немцы, конвоировавшие пленных, когда увидели идущего им навстречу чуть покачивающегося ефрейтора с автоматом, насвистывающего «Wenn die Soldaten». Во всяком случае колонна остановилась, и сразу стрелять они не начали.

— Эй, камрады! — закричал я радостно на немецком. — Угостите сигаретой. Мы уже третий день прочесываем эти проклятые леса, а наш фельдфебель, эта жирная свинья, словно забыл про нас. Ни сигарет, ни шнапса. Сам себе ни в чем не отказывает, а мы должны страдать.

Произнося эту речь, я все ближе и ближе подходил к колонне. А удачно-то как получилось! Оставив в хвосте колонны и по флангам по одному конвоиру, остальные четверо вышли вперед, с интересом разглядывая меня. По моей довольной улыбающейся физиономии и по слегка покачивающейся походке сразу было видно, куда подевался весь шнапс, который якобы заныкал прижимистый фельдфебель. А я, подходя все ближе, смещался чуть в сторону, чтобы на линии огня было по возможности как можно меньше пленных.

И вот, подойдя буквально вплотную, я очередью, что называется, от бедра, срезал троих из четырех стоящих передо мной немцев. Еще один стоял уж больно неудобно: за его спиной был плотный строй пленных. Краем уха услышал одновременный залп винтовок. Уцелевший «мой» немец буквально раскинул мозгами. На дорогу. Вскинув автомат к плечу, я провел контроль убитых. По пуле в голову гарантируют от случайностей.

В конце строя заметил какое-то шевеление. Это сучил ногами по земле получивший пулю в брюхо немец. Вновь раздался винтовочный выстрел, и бедолага окончательно успокоился. Интересно, кто это у нас такой меткий? Всадить пулю лежащему точно в голову — это надо уметь. Ну да ладно, потом разберусь.

Что интересно, строй как стоял замерев, так и продолжал стоять. Никто даже не сделал попытку побежать в сторону леса.

— Ну и какого хрена вы замерли, как три тополя на Плющихе? — вызверился я. — Какого хрена вы вообще не передавили немцев, пока шли? Вас вон какая толпа, а их всего семеро! СЕМЕРО, вашу мать! — уже откровенно заорал я, заставив первые ряды невольно отшатнуться.

— Вы вообще кто такой и что себе позволяете?

Откуда-то из-за первых рядов вышел мужчина в явно сшитой на заказ командирской гимнастерке, правда, со споротыми знаками различия. Солнце аж отсвечивало от его лысины. Манера сразу наезжать на собеседника выдавала в нем далеко не маленького начальника.

— А ты кто такой? Что за крендель?

Как говорится, мое кунг-фу лучше, чем его кунгфу. У меня в кармане есть убойный документ. Фактически я сейчас самый высший представитель советской власти на всю округу.

— Я — полковой комиссар Гайлис! — Мужик аж грудь выпятил вперед.