Странствие во тьме

Кончики пальцев коснулись корня, но само движение оказало противоположное воздействие. Тело еще сильнее увязло в трясине.

В панике он заплакал. Топь доходила ему до горла.

Поэтому при второй попытке он действовал более осторожно, едва осмеливался шевелить телом от страха погрузиться еще глубже. Звать на помощь он не мог, так как в лесу, кроме его самого злейшего врага, никого не было.

Он так вытянул руку, что, казалось, лопнут сухожилия, пальцы дрожали и словно растягивались. Не делая резких движений, он подвинулся к корню дерева и ухватился за него. В отчаянии Ветле подтянулся и схватился за дерево двумя кончиками пальцев. Почувствовал, что хватка ослабевает, сильно выдохнул от напряжения, вытянулся изо всех сил. Пальцы скользили. Потянулся еще раз до боли во всем теле, растопырив трясущиеся пальцы. Гладкий корень был недалеко. Трясина достала до подбородка. Он напряг все свои последние силы… и снова обхватил корень.

Ветле препятствовал, как мог, скольжению руки по гладкому корню, хотел выиграть сражение, ухватился крепче, большой палец охватил корень. Наконец-то! Он схватился за корень всей ладонью.

О, милый, любимый корешок, сейчас только не сломайся или не потяни за собой дерево, я подползаю ближе. Плечи вышли из трясины, вторая рука… О, освободись, рука, будь так любезна, во имя господа Бога! Наконец она вытянута. Обе руки крепко охватили корень.

Ветле смертельно устал, но не замечает этого. Не замечает и того, что дыхание разрывает ему грудь, а сердце бьется с тяжестью, вызывающей тревогу. В голове у него одна мысль: выбраться.

Топь же, как будто не желает отдавать его тело, вытаскивать себя исключительно тяжело. Но вот верхняя часть его тела оказывается на сухом месте. Он лежит какое-то время перед тем, как вытащить ноги. Еще одно усилие…

Он вылез. Лежит и тяжело дышит. Хочет лишь одного: отдохнуть.

До его слуха слабо доносятся звуки.

Издалека.

Собаки, воющие от страха.

Затем крик. Полный ужаса.

Выстрелы. Смертельный крик.

Жалобный вой собак удаляется и замирает вдали. Словно животные убегают от смерти.

Человеческие предсмертные крики продолжаются.

Сторожка, думает Ветле. Человек-зверь добрался до охранников.

Поэтому его и оставили в покое!

Но кто победил? «Панциреносец» стрелять не мог, слишком просто одет, чтобы спрятать оружие на себе.

С другой стороны, не в обычае доберман-пинчеров убегать от опасности.

Но сначала убежали собаки, а затем последовали выстрелы.

Так что победить могла любая сторона.

Ветле осторожно поднялся. Он был весь в грязи от горла до пальцев, оставлял за собой уродливо-комические следы.

Почва стала приподниматься. Он оказался на склоне. Под ногами стало суше.

Неужели он подошел к вершине с замком?

Кажется, что так и есть.