Странный Пират

— Предлагаю выпить, а потом вы расскажете, кто вы и как оказались у «Хукена» в ангаре для рабов, — предложила Мила.

— Что это? — спросил парень.

— Васо — тонизирующий сок, — ответила Мила.

— А вы кто? — продолжил спрашивать парень. Коля допил сок, поставил стакан на стол и, глядя на парня, проговорил:

— Малыш, если мне надоест твое присутствие в сознательном состоянии, то я легко это исправлю, это раз, и второе: я не допрашиваю тебя, как нужно, только потому, что моя девушка попросила тебя не калечить, поэтому будь так добр, отвечай на вопросы, — закончил свою речь Коля. Парень побледнел, сжал кулаки и молча уставился на Николая. Коля грустно улыбнулся, посмотрел на парня, его сестру и продолжил:

— Пойми, дурачок, даже с одной рукой я тебя сломаю пополам, а потом сделаю укол, и ты как кукла все мне расскажешь. Только не факт, что потом станешь нормальным, а у тебя сестра мелкая, ей защитник и кормилец нужен, или ты хочешь ее в бордель сплавить?

Парень посмотрел на сестренку, глаза его подобрели, он выдохнул, повернулся к Николаю и начал рассказ:

— Меня зовут Андрей, мне 18 лет, ее Маша, ей 14. Мы жили на этой станции вместе с отцом. Он работал шахтером на своем корабле, у нас была своя квартира в жилой зоне и малый ангар на грузовой палубе. Я полгода назад получил разрешение на установку нейросети и обучение. Отец хотел, чтобы я помогал ему с добычей руды, для этого даже приобрел мне фрегат типа церты. Меня отправили на базу ГРК в трех системах от нас, там есть представительство корпорации «НЕЙРОСЕТЬ», где мне поставили нейросеть за 100 000 кредов и закачали базы еще примерно на 200 000 кредов для работы. Отец тогда потратил на меня почти все его накопления. Я вернулся на станцию, готовый к работе. Наш первый вылет прошел очень успешно — собрали много дорогой руды. По возвращении к отцу пришли из шахтерского профсоюза и потребовали уплатить взносы за меня и штраф за работу без лицензии профсоюза. Денег потребовали большие, чем мы могли заплатить. Они дали две недели сроку на погашение задолженности. Нас оставили в заложниках и не выпускали с базы. Отец пропал. Через две недели за нами приехали и забрали, дальше появились вы.

Я внимательно слушал Андрея, меня не покидало ощущение, что тот шахтерский крейсер, что у нас в трюме, как раз и есть корабль отца Андрея. Андрей закончил свой рассказ и уже спокойным тоном спросил:

— И все-таки кто вы и что планируете с нами делать?

Я послал запрос икскину корабля на предоставление фотографии шахтерского корабля. После получения группы снимков я задал вопрос Андрею:

— Какой корабль был у твоего отца и какие особые приметы он имел?

Андрей задумался.