Странный мир

Девочки-подростки, сверстницы Зинки. Четвертая – дама чуть за тридцать в шортах до колен и майке, обтягивающей очень гармоничную… и пропорциональную… Рипа даже на ногу Славке наступила.

Два неслабых мешка, принесенных прицепленными к положенным на плечи палкам, поставили на землю, поздоровались, перезнакомились, умылись и за стол. Прибывшим мытье помогло мало. Руки их выглядели так, как будто они их только что вымазали йодом, или еще чем-то, таким же стойким, коричневого цвета.

– Орехи собирали, – пояснила женщина, назвавшаяся Тамарой. Она подняла руки в дирижерском жесте. Четыре девушки подобрались… и прозвучала короткая музыкальная фраза, исполненная на голоса. – Вокальный квартет «Квакушки», – пояснила руководительница.

* * *"

"Ощущение единства с этой группой возникло сразу. Их, ехавших на старенькой «пятерке» руководительницы, чтобы дать концерт в доме престарелых, «переставило» в степь, причем так, что они налетели на олененка. Вопрос о том, куда они попали, возник у девчат после того, как они поняли, что не знают, как доставить раненое животное в ветеринарку. Остановились перед оврагом и долго его объезжали, навернув круг в сотню с лишним километров, пока не вернулись в ту же точку, но с противоположной от препятствия стороны.

Продолжили движение и не доехали до границы поймы буквально километр. Закончился бензин. И пять эфемерных созданий, намаявшихся в пропеченной жарким солнцем жестянке, докатили свой экипаж до тени, примотали сломанную ногу олененка к палочке и стали устраиваться, как могли. Славка мысленно стекал под стол, когда шла речь о ловле рыбы руками, о сбивании птичек двумя носовыми платками с песком, связанными шнурками от кедов, о резке лозы маникюрными кусачками, которые на самом деле педикюрные, но Гайка, которая Галя, считает, что они маникюрные, потому что у нее такие ногти…

Хорошо посидели после похлебки, которую ели из выжженного деревянного корытца черпачками из створок ракушек, вставленных в расщепленную палочку. Что характерно, эти изделия оказались адаптированы под правшей. А потом двинулись за орехами.

Белокожие Гайка и Тинка были одеты в белые в прошлом одежды, пошитые из концертных блузок, Викуля и Тамара, такие же смугленькие, как и оставшаяся дневалить Зинка-Корзинка, просто накинули на плечи платки, пока путь проходил через открытое место. А потом они добрались до низины, заросшей массой самых разных деревьев. Грецких орехов здесь хватало. Славка с Викулей трясли ветви, забравшись наверх, а остальные собирали, освобождали от кожуры, выносили сушиться на солнышко.

– Так легче нести, – объясняла Гайка. – После мы их на раскаленном песочке на косе доводим, а уже потом складываем в корзины.