Странный мир

– Причем на одном костре приготовить на сотню человек непросто, – отзывается его товарищ.

А в голову молчаливого лейтенанта приходит мысль о том, что это ведь могут быть ловцы рабов. Так что три четверти лошадей, скорее всего, идут под пустыми седлами – это транспорт для будущей «добычи». Мужчин индейцев пленить, возможно, и не удастся, но женщины и дети – товар ликвидный. С другой стороны, выдавать себя дымом этим охотникам за людьми тоже ни к чему.

Спрятавшись в заросшем деревьями и кустами овражке, солдаты и офицер продолжали наблюдать. Дневную жару передремали по очереди, оставляя одного дозорного. А когда солнце стало склоняться к закату и зной ослаб, цепочка лошадок вышла из пойменного леса в прерию и отправилась обратно по собственным следам. Робин приник к окуляру зрительной трубы. Почти все седла пусты. Всадник возглавляет колонну, а следующий – только через несколько позиций в этой последовательности. И замыкающий в конце. Семьдесят шесть лошадок и всего одиннадцать всадников. Получается, что доставлено к месту было шестьдесят пять человек. И с места доставки подан дымовой сигнал.

Одежда на погонщиках выдает в них обычных лесных жителей, скваттеров, возделывающих самовольно захваченные свободные земли, трапперов – вольных лесных охотников, один похож на надсмотрщика с плантации, еще один – на пастора. Три коровьих парня в характерных шляпах.

– Кастор, Криви! Следуете за этой группой, ни в коем случае не попадаясь им на глаза. Как только убедитесь, что след ведет к Огайо, возвращайтесь сюда, на это самое место. Я тем временем присмотрю за тем лесочком, откуда поднимался дым.

Разведчики тронулись в путь не раньше, чем улеглась пыль на горизонте, за которым скрылась колонна.

* * *Что интересно, Робин действительно намеревался побыть именно здесь, понаблюдать и поразмышлять. Он имеет основания полагать, что из центральных областей страны сюда доставляются люди. Делается это спокойно, деловито и, кажется, не первый раз. По крайней мере, раз в месяц этим путем проходит аналогичный караван. Дело в том, что следы на отдельных участках легли на грунт, который ранее уже был уплотнен конскими копытами. Отчетливой тропы еще не образовалось – трава успевает подняться и многое скрыть. Да и сами караванщики отнюдь не жаждут точно попадать на свои прошлые следы. Но Жаклин во время занятий с детьми полковника, которые проводила преимущественно на лугах и в лесах, не раз показывала им буквы великой книги следов.

– Как был ты неуклюжим увальнем и неумехой, так им и остался. – Глубокий женский голос, раздавшийся у Робина за спиной, полон насмешки.

– Привет, Натин, как ты узнала меня со спины? – Лейтенант рад старой знакомой. И еще рад тому, как восхитительно она выглядит.