Странный мир

Была даже версия, что это тапиры. Настоящие зоологи здесь еще не появлялись, как и другие специалисты в области растительного и животного мира, а молодые астрономы-метеорологи вопросом особо не заморачивались. Опытным путем установили, что этот зверь относится к классу съедобных, и если употреблять в пищу по одной штуке в месяц, то меньше их от этого на острове не становится.

– Ты чужаков еще не видела. – Это скорее утверждение, чем вопрос. – Оля зажгла костерчик, чтобы с моря был виден дым, ну они и повернули в нашу сторону. Сейчас слева из-за мыса покажутся.

– У них есть мотор? – интересуется девочка.

– У них есть лодка с веслами, тащат свою лайбу на буксире, – объясняет Ширяй. – Разведем огонек у ручья, там как раз можно якорем до дна дотянуться. И пресная вода ребятам понадобится. А пока приготовим угощение.

Степан внимательно осматривает девочку и дает указания по экипировке. Вместо шорт и цветастой распашонки она надевает тот же прикид, что и на пацанах – веревочную юбку, пелерину. Все металлические предметы – долой. Часы и бинокль тоже. Сандалии снять. Только скобку с зубов никуда не денешь. Что это, интересно, за маскарад?

– Понимаешь, Наталочка, – Степа часто так к ней обращается, – этих людей мы совсем не знаем. Ничего про них не слышали. Скажем так, опасаемся маленько. Ты хоть про это в школе не проходила, но из старой жизни помнишь, что не все ко всем относятся по-доброму.

– Всяко бывало, – соглашается девочка. – Но русские друг друга не боятся. А это нерусские, – завершила она собственную мысль.

– Так вот, если эти незнакомцы, встретив нас, поймут, что мы сильны и нас много, они поведут себя так, чтобы никого не разозлить. А если встретят слабых, глупых детей с щедрыми дарами?

– Там, где я раньше жила, могли отобрать все, а детей прогнать. Или обидеть.

– Примерно об этом и речь. Вы – первобытные дети с первобытными дарами. Обижать себя, надеюсь, ты никому не позволишь. Ну и я с дальнобойкой постараюсь вас слегка прикрыть. Оля тоже подойдет, с корабля уже заметили костер на берегу, так что верхний дымарь она погасила. Уже бежит.

* * *Неглубокая, открытая бухточка. Хрустальный ручей отлично виден с моря. На ровной площадке громоздятся корзины с фруктами, на циновке разложены кожистые листья, на которых горками лежат нарезанные овощи. В пустых створках раковин – соль. Над углями костра на вертелах доходят до готовности две истекающие жирком тушки.

Трое босых детей в веревочных юбках и накидках радушно встречают семерых мужчин, высадившихся со шлюпки, вставшей на якорь в ста метрах от берега тридцатиметровой бригантины. Их речь непонятна, но жесты выразительны, а угощение выше всяких похвал.