Тринадцатый странник

Ты так юна…

— Дориций, я никогда не спрашивала вас о возрасте, — рассмеялась я. — И не буду. И я не так уж юна, вполне взрослая, скоро мне исполнится двадцать четыре.

— Младенец, — фыркнул странник. — Хотя по сравнению со мной даже дуб Вардана Мамиконяна всего лишь саженец. Правда, я слышал, в него неудачно попала молния.

Я порылась в памяти, пытаясь выудить оттуда сведения. И ахнула.

— Дуб Вардана? Вы шутите, Дориций? Этому дереву было более чем полторы тысячи лет, когда оно рухнуло!

Дориций подпер щеку кулаком и лукаво блеснул глазами, на миг сделавшись молодым.

— А вы пытаетесь щегольнуть вашими двадцатью тремя годами, Диана.

Я изумленно открыла рот. Нет, я, конечно, всегда понимала, что Дориций стар, но… полторы тысячи лет? Или даже больше? Необозримо больше? Это действительно возможно?

— Господи, Дориций… — пораженно прошептала я.

— О, милая, ты права. Когда-то меня величали и так, — хмыкнул он, махнул рукой, и ладонь развеялась прахом, который подхватил сквозняк. — Тогда я был молод и полон сил. Власть и поклонение людей еще будоражили кровь, это казалось занятным. Новая религия, войны, установление миропорядка… Это было так забавно, — старик улыбнулся. — А сейчас… — его рука снова обрела плоть. — Сейчас я лишь развалина, хранящая воспоминания. Моя телесная оболочка давно износилась, мой эфир готов искать новое, молодое пристанище, но, увы… — старик вздохнул. — Я пока не могу уйти.

— А Ландар? — осторожно спросила я. — Он такой же… древний?

— О нет, — улыбнулся Дориций. — Ландар по сравнению со мной довольно молод. Ему всего… — он хитро прищурился. — Нет, не скажу. Это может напугать столь юную особу. Пусть твой будущий муж сам расскажет тебе, если захочет.

— Я не видела вас на приеме, когда князь объявлял об этом… событии, — тихо пробормотала я.

— Да, я слишком устал, и в толпе мне трудно поддерживать телесную оболочку, моя плоть становится нестабильной. А новость… Мальчик давно сказал мне. Он лишь ждал, пока ты повзрослеешь. Для него ты тоже слишком… юная, сама понимаешь.

Я скрипнула зубами и выдавила кривую улыбку.

Значит, «мальчик» давно все решил? Интересно, когда? Может, в тот день, когда стоял в церкви и смотрел на меня тринадцатилетнюю? Тогда он решил, что вот эта девочка станет его игрушкой, видящей и женой?

— Я одобряю его выбор, — продолжал Дориций, не замечая моей злости. — Ты умна и прелестна, к тому же — видящая, вы станете прекрасной парой…

— А как же Нория? — слова вырвались раньше, чем я успела подумать.

В комнате резко похолодало, старик из кресла исчез и вдруг соткался прямо передо мной. Серые крылья за его спиной молотили воздух, который заворачивался в маленькие снежные вихри.