Тринадцатый странник

Мой волк отмер и затряс головой, скребя когтями сухую землю.

— Место, — тихо скомандовала я, возвращая зверя в рисунок.

То, о чем говорил Аргус, не укладывалось в голове. Честно, хотелось просто выкинуть это все из сознания — как бред или ненужный хлам. В конце концов, почему бы так не сделать? Почему я должна верить этому синеглазому незнакомцу?

Я побрела куда-то, размышляя, что делать дальше, и все еще не веря, что меня отпустили. Или все это лишь очередная ловушка? Меня загнали в этот узкий проулок, рассказали страшную историю про апокалипсис и напоследок пообещали подарок. И как ко всему этому относиться?

Я завизжала, когда меня вновь схватили.

— Ян? — я обернулась так резко, что едва не свалилась. — Ян, это, правда, ты? Это ты? Нашел меня?

Уставилась на него жадно. Ран я на мужчине не видела, хотя на свитере темнели пятна крови, а на волосах лежал пепел. Лицо застывшее и взгляд тяжелый, мрачный. Ян коротко осмотрел меня с ног до головы, а потом шагнул и притянул к себе. Так резко, что если бы я не вцепилась в его плечи, то наверняка упала.

Короткий вдох, и наши губы соединились. Торопливо, обжигающе, без капли нежности, лишь с болезненной необходимостью почувствовать друг друга, поверить, что живы, что рядом… Я хотела раствориться в его силе, объятиях. Дыхании.

Рваный хрип в мой рот, руки, впечатывающие в стену. Дерганое движение, попытка добраться до тела, ощутить его ближе…

Этот поцелуй отличался от того, что был в дольмене, как шторм от сквозняка. В том была мягкость, в этом лишь дикость и желание обладать. Злая настойчивая потребность ощутить друг друга, не ласка, а озверевший инстинкт, требующий соединения, погружения, слияния. Его язык у меня во рту, его руки на моем теле. Яростные объятия — обжигающие и почти болезненные. Такого Яна не знала, он пугал и притягивал одновременно, но даже если бы я захотела отстраниться, не уверена, что сейчас он позволил бы. Но я и не хотела отталкивать. Ян дернул край моего свитера, нетерпеливые пальцы сжали грудь. И от этой ласки я выгнулась, не сдержавшись, откинула голову.

— Я по тебе с ума схожу… — с яростью выдохнул он.

От его хриплого голоса я теряла разум, забывала, где мы, забывала все на свете, кроме желания принадлежать. Боги, от его губ я становилась самкой, жаждущей, чтобы ее покрыли. Забралась ладонями под его свитер, прошлась по горячей коже, ощущая сильные мышцы. Я хотела почувствовать на себе его тяжесть. И в себе — тоже… Добралась пальцами до пряжки ремня, дернула, совершенно потерявшись в урагане чувств. Кончики пальцев ощутили его возбуждение, и внизу живота родилась такая мучительная сладкая боль…

Ян издал короткий хрип, перехватил мою руку, прижал к губам, прикусил палец.