Странник

Здесь дядя нашел свое счастье, влюбился, родил мне брата, стал князем, а эти суки убили его и его жену. Все, кирдык лысому и его папаше, это теперь дело личное.

— Тварь, говори, зачем ты сюда приехал и сколько с тобой людей, где остановились? — зарычал я в лицо парня.

— Со мной еще двое, наказующий Колин и мой младший брат Улис. Они в городе остались.

— Что за наказующий? Отвечать!"

"— Наказующий Колин — палач клана, лучший воин. Колин не урожденный клана «Зорг», а принятый в клан изгой.

— Покажи мне их! — заорал я и схватил лысого за горло.

— Нет, не надо, отпусти меня, — захрипел лысый.

Я вошел в транс и стал ломиться в мозг пленного. Тулпар отчаянно сопротивлялся, но я все сильнее давил на его ауру и наконец сломил защиту. Мое сознание проникло в мозг Тулпара, и передо мной на мгновение возникло лицо его брата Улиса. Меня снова выбросило из его сознания. Я вышел из транса и взглянул на Тулпара. На меня смотрели остекленевшие глаза покойника, из уголка рта мне на руки стекала струйка крови. Я в запале сломал ублюдку шею. Оттолкнув труп, я встал на ноги и осмотрелся. За большим валуном, тихо поскуливая, трясся от ужаса Первый. Ну и видок у меня, наверное, если даже шака чуть кондратий не хватил.

— Хватит скулить, — приказал я шаку. — Собирай вещи, седлай лошадей.

Шак опрометью бросился выполнять приказание. От покойников нужно было избавиться. Я по очереди сбросил трупы в ущелье и, осмотрев место допроса, пошел к лошадям. Первый упаковал трофеи в узлы и приторочил их к седлам. Я сел на лошадь убитого гвельфа и направился к тропинке, по которой мы ехали в купальню. Шак поскакал следом, ведя на поводу лошадь Тулпара, нагруженную трофеями.

В таверну мы вернулись уже затемно. Во дворе «Железного кабана» нас поджидал Торвин.

— Я уж думал, что ты пропал и не появишься больше. Завтра хотел отправить людей на поиски в купальню. А тут ты появляешься на новой лошади и с кучей барахла. Где третью лошадь взял?

— Махнул не глядя, — ответил я. — Когда отправляемся?

— Завтра с рассветом. Караван догоним на западной дороге, — просветил меня Торвин.

— Я пойду есть, голодный как собака, а потом лягу спать.

Глава 17

ЧЕМ КРУЧЕ ГЕРОЙ, ТЕМ БОЛЬШЕ СИНЯКИ

Торвин поднял меня еще затемно. Мы быстро умылись и позавтракали на скорую руку. Во дворе «Железного кабана» происходила обычная суета, которая предваряет отправку в дальнюю дорогу. Мои шаки запрягали лошадей в телегу, упаковывали вещи. Я подошел к ним и спросил, как идут дела.

— Господин, все хорошо. Лошади здоровы и накормлены, вещи упакованы и уложены.

— Вы сами поели?

— Да, господин, мы сыты, — доложил Первый.

— Мне седлайте лошадь гвельфа, — приказал я и направился к Торвину, который давал распоряжения своим людям. — Каков порядок движения?

— Как обычно.