Странник. Книга вторая.

На этом свете остались только я и умирающий шак. Вокруг рук засиял ореол 'Силы' и от меня осталась только душа и огненный взгляд. Тело 'Первого' стало прозрачным, и я увидел обломок стрелы, застрявший в его печени. Кровь толчками вытекала из разорванных сосудов, а вместе с ней уходили и остатки жизни. Мне удалось погрузить руку в тело 'Первого' и протолкнуть наконечник стрелы наружу. Наконечник медленно вышел из спины раненого, и я отбросил его в сторону. Теперь наступила самая сложная фаза лечения. Мои руки, проникая в тело шака, останавливали кровотечение, закрывая разорванные сосуды, извлекали свернувшуюся в животе кровь. Из моей ауры протянулся лучик 'Силы' к ауре умирающего, задерживая его в этом мире. Остановив кровотечение, я начал наполнять энергетические потоки в теле 'Первого'. Много сил отняло удаление черного водоворота в ауре поврежденной печени. Постепенно мне удалось восстановить энергетическое тело шака, но он все равно угасал. Кровопотеря оказалась очень большой и материальное тело 'Первого' задыхалось от недостатка кислорода. Нужно было что-то немедленно предпринимать. Моя душа вернулась в материальное тело, и мы снова оказался на тропинке между болот. Решение пришло само собой, я снял нож с пояса шака и разрезал вену на левой руке.

– Пей, давай! – приказал я 'Первому' поднося разрезанную руку к его губам.

Шак с закрытыми глазами начал пить текущий из вены ручеек. Постепенно его лицо посветлело и 'Первый' перестал быть похожим на труп. Ресницы на синем лице задрожали, и он открыл глаза.

– Хватит делать из шака вампира, – решил я и убрал руку от его губ. Самочувствие 'Первого' стремительно улучшалось, и он открыл глаза.

– Где я? – спросил шак с блаженной рожей.

– Напился моей кровушки с адреналином, кровопивец, вот и балдеет! – осознал я ситуацию с чудесным воскрешением 'Первого'.

– Где я? – снова произнес раненый.

– Где, где? В Караганде, – ответил я, чтобы не выругаться покрепче. – Ты как, сможешь встать на ноги?

Шак зашевелился и поднялся с земли. 'Первого' шатало как тростинку на ветру и мне пришлось его поддерживать. Через пять минут находящийся под кайфом 'Первый' сидел с блаженной улыбкой возле большого камня в лесу и что-то мычал на непонятном мне языке.

– Сиди здесь и никуда не уходи! – дал я наставление кровопийце и побежал за нашими вещами, оставленными под деревом.

По дороге назад я подобрал оружие убитых афров и притащил всю охапку к камню, под которым оставил шака. Добыча оказалась богатой. Три добротных охотничьих лука и полсотни стрел с бронзовыми наконечниками и три копья. Особое внимание привлекли щиты негров. Кожа на щитах оказалось очень толстой и прочной. Мои стрелы пробили щит, но костяные наконечники рассыпались в прах и ущерба воину не принесли.