Эротические страницы из жизни Фролова

И тут же, с подначивающей улыбочкой, подмахнула ему рукой: мол, давай, заходи в нее, она захотела…"

"Он, как и положено, строго осудил взглядом ее откровенный жест, но тут же попытался последовать ему. У него ничего не вышло, так как его мастер оказался совсем вялым, и Светка чуть не прыснула в голос, а когда он показал ей кулак, вжалась виновато своей длиннющей шеей между плеч и все теми же беззвучными движениями губ стала просить прощения: извини, папочка, я больше не буду… а глазами показала на свою ладонь, крепко сжимаемую маминой: видишь, она очень хочет…

Очень скоро у него получилось, потому что Ирка бесстыдно задрала ноги и потому что он у него всегда в конечном итоге реагирует на касание с ее губками, о чем бы постороннем он в это время ни думал.

Почему-то у него сейчас не появилось даже самой маленькой мысли стесняться своей дочери. И у Ирки наверное тоже - она скорее всего стыдилась сейчас не за задранные вверх и качающиеся маятником ноги, а за свою неожиданную истерику, даже отдаленно похожей на которую никогда еще не было в ее жизни. Может быть, так она хотела загладить свою вину…

- Тебе уже не больно, мамочка?..

Господи, хотя бы она не повторяла этого слова…

- Нет, девочка моя, не больно. Папа никогда не делает больно.

- А что ты сейчас чувствуешь? Там, внутри. И вообще, везде, а?

- Радость…

- А еще?

- Все тело и душа переходят… в седьмое измерение… на седьмое небо.

- Да? Где это?

- Здесь, доченька. В нас. В нас обоих. Это… очень далеко отовсюду… откуда ни глянь…

Они замолчали. Ирка очень тихо постанывала через полуоткрытые губы, а Светка широко открытыми глазами пыталась представить перед собою седьмое измерение… и седьмое небо.

- Видите, как вам хорошо со мною, - вдруг снова заговорила она.

Он чуть было не возразил, что без нее им бывает еще лучше, но, слава Богу, промолчал.

- А вы боялись…

Ирка вдруг глубоко и прерывисто вдохнула и начала пульсировать влагалищем… Потом откинула за голову руки, медленно опустила и выпрямила ноги, потянулась всем телом.

- Ты… уже?

- Да…

- Так быстро?

- Нет, - она повернулась, наконец, к дочери лицом и с улыбкой заверила, - мы еще будем.

- И у папы будет… стоять?

- Будет.

- Долго?

- Сколько захочу.

- А ему не вредно?

- Я же его берегу…

- А что он сейчас внутри у тебя делает?

- Озорничает. Балуется.

- И не падает?

- Нет.

- Класс. А сзади? Я хочу посмотреть, как сзади.

Виктор не стал дожидаться ответных слов жены, приподнялся, перевернул ее на живот, слегка раздвинул ноги, растянул в стороны ягодицы, легко вошел в расслабленное отверстие и спрятался там, усевшись на ее бедра.

- Класс. Какой ты сильный…

- А что ты такое страшное собиралась нам рассказать?

Светка вдруг захихикала и смутилась:

- Та! Потом.

И снова захихикалась.

- Ну хорошо. Сейчас.