Эротические страницы из жизни Фролова

Мама ни словом не отвечала на их утешения, все плакала, плакала.

Я пошла, попробуй сам… - показала, наконец, Ирина безнадежными жестами и вышла на кухню. Может быть, ей самой захотелось поплакать. С нею так бывает, когда кому-то из близких больно.

То ли услышав, как вышла дочка, то ли почувствовав, наконец, его руку на своем плече, Елена Андреевна вдруг открыла лицо, отвернула ногу и сказала сквозь слезы самое для него неожиданное:

- Зайди Витенька. Побудь там. Только не сильно. Просто побудь.

Сильно он и не мог. Его обмякший шланг и не думал вставать. Но вошел легко - ему показалось, что она всосала его в себя.

- Ляг на меня.

Они пролежали так несколько минут, и она на самом деле почти успокоилась.

- Крикни, пусть Иринка придет. Только не вынимай.

Кричать не было необходимости. Иринка стояла в дверях, прислонившись к лутке спиной и затылком, смотрела в стену напротив и думала о чем-то грустном.

- Скажи, пусть ляжет рядом.

Говорить не было необходимости. Иринка поняла сама и легла рядом с ними.

Елена Андреевна проглотила слюну. Или слезы."

"- Я должна вам все сказать… Только будь все это время во мне. Не выходи. Иначе я не смогу.

Он согласно вдавился поглубже, а жена положила на его ягодицы руку, подтверждая и свое согласие. От этого касания он тут же напрягся и слегка приподнял мамино влагалище, на что она ответила глубоким вздохом, показывая, что все почувствовала и приняла их согласие.

- Когда Сережа погиб, я долго не могла в это поверить. Я ведь не видела его тела. И все думала, что он живой. Потом, конечно, поверила, умом поняла, но ощущение осталось, оно и сейчас во мне. Я тогда совсем помешанная была, сказала себе: пусть у него нет своего тела, но во мне-то он может пожить… И сказала так ему, я с ним все время разговаривала… в своем воображении. И он поселился во мне, вот здесь, где затылок, чуть ниже… Смотрел моими глазами, слушал моими ушами, а разговаривал откуда-то отсюда, из шеи, я сначала даже голос его отчетливо в голове слышала. Мы с ним все обсуждали, советовались, иногда даже спорили, - хотя мы и жили в одном теле, но ощущали и воспринимали все по-разному. И оценки событиям у нас были разные. Я, конечно, понимала, что это только игра моего воображения, но мне нравилось, я даже радовалась, когда почти по-настоящему слышала его голос. Мы жили очень мирно, как и при его жизни, хотя и спорили, но никогда не ссорились. Я соглашалась со всеми его желаниями, а он со всеми моими. Два раза даже ходила на футбол, представляете? Ну и… любили друг друга… Об этом стыдно рассказывать… как мы это делали… Все чаще и чаще. Ему нравилось, а я… я только перевозбуждалась сильно… мне только хуже становилось… Для меня все было совсем не так, как с живым… А потом вдруг на меня положил глаз один мужчина. Ирочке тогда уже пять лет было.