Эротические страницы из жизни Фролова

Ажурные салфетки - ""праздничные"" - тут же на столе появились. И ""рабочий беспорядок"" как-то незаметно - словно сам собою - улетучился.

По какой-то непонятной Виктору причине она приняла Катьку за очень важную гостью. И почему-то старалась ей понравиться.

Та, слава Богу, не смутилась. Вела себя очень естественно, а с дочерью - вообще на равных, будто они сразу и подружились, как это иногда бывает между ровесницами.

- Э-то тво-я жен-щи-на, па-па, - хитровато-всепонимающе, медленными слогами заключила дочь сразу, как только он закрыл за Катькой дверь и вернулся на кухню.

Он промолчал, принявшись помогать ей убирать со стола.

- Можешь ничего не говорить. Я все сама вижу.

- Что ты видишь?

- Ты можешь делать с ней что угодно. Она и не пикнет.

- С чего ты взяла?

- Вижу. Чувствую.

И улыбнулась с выражением лукавого всепонимания:

- Она вся пропитана тем, что ты в нее навыливал. Почти как мама.

Он осуждающе глянул на нее долгим взглядом, - мол, что ты такое несешь, дурочка маленькая?

- Ну было же, правда?

Это был скорее не вопрос, а констатация. Ему пришлось отвести глаза в сторону и продолжить манипуляции с посудой.

- Почему ты мне о таком не рассказываешь, а? - почти взаправду обиженно упрекнула она, тоже отвернувшись. - Я тебе так все-все о себе говорю…

Ну да. Расскажешь о таком… Интересно, как это она ее так сходу раскусила? Или на понт его берет? Психолог-самоучка. Энэлпэрша-самодеятельница.

Сейчас спросит свое: ""А мама знает?""

- А мама знает?

- Знает.

Осталось добавить: ""Класс!"".

Но она не добавила. Видимо, не такой уж и класс."

"Совсем наоборот. Ложки вдруг выпали у нее из рук и она неожиданно закривилась, как бы сдерживая готовность заплакать. Ничего со сдерживанием не получилась - таки тут же заплакала, а слезы буквально брызнули из глаз и быстро покатились по щекам. И она убежала к себе в комнату.

Вот и сорвалась…

Конечно же, он ждал чего-нибудь подобного. Сегодня, завтра, может быть позже. После всего того, что она пережила вчера, срывы неизбежны. Поразительно - как она вчера вечером держалась. Наверное, просто еще не осознавала в полной мере того, что на самом деле произошло… Будто в какой-то эйфории находилась. А сегодня, наконец, дошло… Теперь малейшего повода достаточно, чтобы расклеиться. А тут такое… И принесла же нелегкая эту Катьку!

Когда он вошел в дочкину комнату, та лежала на диване ничком, уткнувшись в свои ладошки. И почти беззвучно плакала. Ничего не говоря сел рядом, положил на нее руку, нежно погладил плечи, спину, талию. Глубоко вздохнул.

Сегодня ночью он так и не смог уснуть. Ни на минуту. Стоило закрыть глаза, как перед ним сразу же вставали кошмары прошедшего вечера, мучили тревожные мысли, преследовали болезненные воспоминания.