Эротические страницы из жизни Фролова

Но никто из них даже дальним подобием не похож на Иринкиного мужа, потому что он вообще как бы из другой совсем жизни, а его долбомет так здорово умещается в ее девочке и делает ее девочку такой фантастически похотливой…

А Ирка сначала рассказывала только о том, как она по-разному дает своему мужу, и Катька как бы готовилась попробовать так и сяк точно так же, они веселились, обнимали и поцеловывали друг дружку, а потом Ирка рассказала, как ее несколько часов назад трое мужиков на весу насаживали на деревянный член четвертого, и как ее растянутая промежность помимо ее желания сама стала сходить с ума, и что на самом деле это здорово, когда тебя так держат мужики и насаживают, если бы только не такие противные, как те… Она рассказала о том, что она при этом испытывала, и даже показала, в каком положении она находилась и за какие места ее держали.

Виктор слушал их вполуха, а сам думал о том, как сильно они с женой изменились за эти полтора месяца. Сколько странных событий вдруг свалилось на них. И не только сексуальных (все другие не имеют здесь своего места. - прим. авт.). А все началось с этого Димки. Да нет, пожалуй даже не с него. Его, может, и не существовало вовсе… Хотя… не могла же она так от него притвориться! Не могла. Точно не могла. Был Димка. Разве что приврала в деталях, - о попке, например. Не давала она ему в попку. И в рот не брала. А может, никуда не дала, повалялась-помялась с ним до утра и выпроводила, она вполне на такое способна, - уж очень как-то демонстративно все утром оказалось, да в пересказах слишком похоже все было на их собственные фантазии. Может, просто хотела подзавести Виктора, углубила, так сказать, сферу фантазий впритык до реальности. А заодно - и это могло быть главным — отправить его, Виктора, к маме на всю ночь. Заведенным до предела. И как бы освобожденным от всяких сексуальных табу. Чтобы он, впопыхах ревности, сделал с ее любимой мамой то, что он таки и сделал. В том, что Ирка этого хотела, он уже не сомневался. Нет, конечно, она не готовила этой ""западни"" сознательно, - он бы это непременно почувствовал, да и не способна она на такой сознательный обман, - все сложилось внесознательно, для всех их внесознательно, но вполне целенаправленно. И Димка, конечно, точно был. И она ему таки дала. Давала. Несколько раз. Именно так, как и рассказывала. И ""с удовольствием"", как она потом выразилась. Она ему никогда не врет. Никогда***. Может слегка присочинить, приколоть, шутливо побаловаться обманом. Но лгать ему не может. И в рот брала. И в попку пустила. Не врет она. И знала же, что все ее сладкие переживания он чувствовал, хотя и был на расстоянии от нее. И сама направляла их к нему, - между ними такое не впервые, - чтобы он завелся возле мамы до беспамятства.