Жнецы Страданий (СИ)

— Сходитесь! — тем временем махнул варежкой крефф, и Лесана мысленно застонала.

Еще одной сшибки ей не вынести. Нет у нее сил. Да и откуда им взяться, ежели при одной мысли о том, что сегодня придется ночевать в своем покойчике — живот скручивает от ужаса? Нурлиса сказала — Донатос больше не придет, но… что если ошиблась старая?

Сегодня, спеша на урок, девушка столкнулась со своим мучителем в коридоре Цитадели. По счастью крефф был не один, а шел куда-то, беседуя с наставником целителей — Рустой. Колдун посмотрел на послушницу мельком, может, и не заметил вовсе. Но даже от вскользь брошенного взгляда льдистых глаз Лесана обмерла и споткнулась на ровном месте. Сердце заколотилось бешено, и ноги ослабли. Выученица забыла, что она — ратник и снова превратилась в перепуганную до смерти девку.

Какие уж тут уроки! Ей и притворяться особо не приходилось. При одной мысли о грядущей ночи силы покидали, а рассудок заходился от ужаса.

— Что? Что ты стоишь столбом, дура бестолковая, Встрешник тебя раздери! — резкий окрик Дарена выдернул несчастную из ее переживаний, возвращая к жизни.

Она опять пропустила удар. Деревянный меч Вьюда полетел навстречу, девушка пригнулась, уходя от удара, припала на колено, но поехала в утоптанном снегу, неуклюже заваливаясь на бок. Попыталась удержаться, да вместо этого растянулась посреди двора, всем весом рухнув на подвернутую ногу.

От ослепительной боли перехватило дыхание, и Лесана скорчилась, понимая, что сломала кость.

— Откуда ты такая взялась? — рявкнул крефф. — Полтора года — полтора! И, как курица на месте, топчешься. Пошла вон с глаз моих, смотреть на тебя тошно!

Под обидные смешки Дареновых выучеников Лесана кое-как поднялась, стараясь не припадать на изувеченную стопу и, опираясь на деревянный меч, как на клюку, побрела в башню целителей. Пока шла, три раза растянулась. Никто не кинулся помочь — упала девка в одеже ратника, так сама и подняться должна. Как она будет людей от Ходящих защищать, если себя в горсть взять не может?

Выученица вошла в лекарскую потная, красная, дрожащая от боли и усталости, извалянная в снегу.

— Чего тебе? — на скрип двери обернулся Руста, ощупывающий лежавшего на столе пузатого мужика.

— Да вот, ногу, видать, сломала, — виновато проговорила послушница.

Целитель мельком взглянул на нее, стоящую, как цапля, нахмурился и ответил:

— Некогда мне. Занят, не видишь? Купца привезли, хворь у него приключилась. Или жди, или в покойницкую к Ихтору иди. Он там подлетков Майрико вразумляет. Ну или к Рэму, он у себя в покое, небось у печи сидит, бока греет.

Выученица кивнула и похромала прочь. Идти к Ихтору она не могла — для этого нужно было спуститься на второй ярус подземелий, а куда ей — по каменным ступенькам на одной ноге? То же и с Рэмом.