Стоунхендж

 — Послушание старшим — разве не высшее из достоинств? И оно вознаграждается. Ты сам видел, какая мощь в моих руках!

Уже вся кисть светилась, словно окутанная в полупрозрачную слизь. От нее начал вытягиваться язычок по направлению к Олегу. Волхв стоял, словно пригвожденный к месту.

Томас с проклятиями попытался сделать шаг: друга надо выручать, одного демона уже зарубил в Константинополе, сгинет и этот, — но узкоглазый Бадри сделал повелительный жест другой рукой, и ноги Томаса прилипли к месту. За спиной жалобно вскрикнула Яра, ухватилась за его плечи.

— Вы не должны были использовать магию, — сказал Олег погасшим голосом. — Это противоречит всему...

— Братству дозволено все! — возразил Бадри торжественно. — Если на благо большинству.

Синий огонь, бьющий из руки Бадри, почти касался его груди. Олег сказал отчаянным голосом:

— А судьи кто?

— Даже мне знать не дано.

Шерсть на волчьей душегрейке начала дымиться. Олег чуть отшатнулся, прищурился от жара.

— Не я это начал...

— А что ты можешь? — захохотал Бадри.

— Увы, немного... Все забыто, кроме самого простого. А самым простым я научился раскалывать землю.

Под ногами качнулось, раздраженно заворчало. Томас не удержался, упал на колени. Земля качнулась снова, затрещала. Внезапно лопнула, как спелый арбуз, трещина была с руку шириной, туда устремилась пыль и пепел.

Бадри шатался, пытаясь устоять, взмахивал руками. Синий огонь погас, пальцы были растопырены, словно он пытался ухватиться за воздух. Томас заорал радостно:

— Так его!.. Бей Тайных и Явных!.. И всех, кто в Бога не верит!

Трещины побежали в разных местах. Бадри оглянулся, обратил к калике бледное лицо.

— Ты... ты погубишь нас всех!

— Все когда-то умрем, — ответил калика.

Он стоял и смотрел, как вся земля пошла льдинами, что шатались, двигались, некоторые опускались. Из глубины вылетели клубы легкого дыма. Томас ощутил, как потеплел воздух.

Бадри заорал, перекрывая грохот:

— Но умрешь и ты!

— А ты мне приготовил другое?

Края осыпались, в бездну падали целые глыбы. Бадри и Олег оказались на одной, что быстро уменьшалась. Посланец Тайных стиснул челюсти, во взгляде была ненависть. Он простер к Олегу стиснутые кулаки.

— Надеешься спастись? Не выйдет!

Он потряс кулаками. Прогремел гром. Томас вскрикнул в ярости и отчаянии — земля под ногами злого демона и калики превратилась в песок.

Оба одновременно взмахнули руками и обрушились вниз вместе с грудами песка. Взметнулось облако удушливой горячей пыли."

"Ноги Томаса внезапно отклеились от земли. Он упал от неожиданности, вскочил, подбежал к краю пропасти. Внизу было только облако пыли и пепла, туда все еще обрушивались камни. Земля подрагивала, края пропасти медленно сдвигались, словно края раны под рукой умелого лекаря.