По ту сторону отражения

Васильев, продолжайте свои россказни, – обратился он к отвечающему, которого бесцеремонно перебивал вот уже полчаса. – Поведайте мне про правовое положение беженцев, чтобы самому не стать их университетским собратом по несчастью.

– Это как? – не понял нервничающий Васильев."

"– Вот так, – любезно начал объяснять ему преподаватель, – если вы мне сейчас не сдадите экзамен и на пересдачах тоже, то вас выгонят из нашего прелестного учебного заведения, именуемого «университет». Тогда вы и будете беженцем. Учебным. Но не бойтесь, дружелюбная армия не даст вам долго сохранять этот вульгарный статус.

Васильев начал что-то говорить, а я глубоко задумалась – зачем ко мне приходил научный руководитель и сделал вид, что забрал несуществующее заявление, о котором я слышу впервые в жизни? Что происходит?

Немного понятнее стало через полчаса, когда добрый Злоба (хороший оксюморон, да?) все еще мучил Васильева, напирая на то, что он ничего не учил. Парень же утверждал, что учил. Его оппонент как аргумент использовал мысли о том, что если бы у студента был бы мозг, то тогда бы он и выучил, но судя по ответам, мозга у него нет, а следовательно, и выучить он ничего не смог, а значит, наврал.

– Всем привет! – раздалось вдруг из открывшейся двери. – Вы собрались ради нас? Будете зрителями?

Мои измученные одногруппники и я подняли головы и увидели, как в аудиторию осмелились войти парни, человек десять, не меньше, в которых мы все без труда опознали членов университетской команды КВН «Великие раскольники».

– Вы чего это приперлись? – зверем уставился на них Злоба. – А ну вон отсюда немедленно, тут идет экзамен!

– Это аудитория 3-45? – спросил один из молодых людей, длинноволосый капитан команды.

– Нет, это космическая станция с точно таким же номером, – раздраженно отвечал ему обозленный препод, – мы приземлились здесь по приказу Высшего Космического Управления и имитируем учебный процесс.

– О, мой собрат с Марса! – распростер руки капитан команды, – вот я и нашел тебя! Давай обнимемся!

И парень, надвигаясь на Злобу, притворно и очень громко изобразил радость от неожиданной встречи. Вот же самоубийца! Хотя я слышала, что этот парень с журфака, а значит, не в юрисдикции препода по международному праву как-нибудь навредить главе местной кавээновской команды. Кстати, «Раскольники» славились не умением удачно шутить, а талантом придумывать странный и порой никому непонятный юмор.

– Отойди от меня, идиотина! – отпрыгнул от весельчака Василий Петрович. – Убирайтесь прочь! Не видите, аудитория занята?

– Но у нас здесь важная репетиция должна быть! – возразили парни. – Нам сказали идти именно сюда!

– Идите не сюда, а отсюда! – взревел мужчина. Я и одногруппники с великим интересом глядели на ребят.