По ту сторону отражения

Он, не стесняясь, подслушивал, склонив голову ко мне – динамики в телефоне были громкими, и разговор не оставался для него секретом. А вместо того, чтобы удивляться неожиданному звонку, я поймала себя на мысли, что мне нравится, как волосы солиста «На Краю» щекочут мою щеку. И мне хотелось слышать не голос бывшего парня, по которому я убивалась еще долгое время, а едва заметное дыхание Кирилла.

– Да, встретиться, – между тем твердо произнес Макс, – я… в прошлом, кажется, я сделал много глупостей, и сильно тебя обидел. Я хочу нормально попросить у тебя прощения и загладить свою вину. Катя, понимаешь, я всегда это осознавал, что причинил тебе боль, и хотя мы были тогда сущими детьми, честное слово, мне очень жаль. Ты ведь знаешь, как мне было жаль.

Он не спрашивал, он утверждал.

– Примерно знаю, – пробормотала я, понимая, что разговаривать с этим парнем мне очень трудно. Чувство дискомфорта меня не покидало – как будто это был не тот человек, которого я, кажется, безумно любила пару лет назад, и по которому страдала, а кто-то другой, взявший его имя и фамилию.

– Кать, я часто вспоминал тебя, но у меня никогда не хватало храбрости, чтобы попросить у тебя прощения. Я хотел приехать к тебе, но боялся. Даже позвонить боялся. И, честно сказать, со временем это чувство только усиливалось, – продолжал Макс. – И я просто старался не думать о том, что было тогда. Но когда я вновь тебя встретил, я подумал, что не могу скрываться все время от прошлого. Катя, я… я поступил ужасно.

– Даже я бы так не смог, – шепотом согласился Кей. Я приложила палец к губам и попыталась отвернуться, чтобы блондин перестал подслушивать – наш разговор его чрезвычайно забавлял, но он не дал мне это сделать.

– А вчера увидел тебя, и во мне что-то перевернулось, – продолжал между тем Максим. И почему его голос казался раньше таким красивым и мужественным?

– Что перевернулось?

Знаешь, сколько перевернулось во мне, когда я узнала о твоем выборе?

Точно, сколько слез, истерик, я вообще чуть не сдохла из-за этой плаксы!

– Внутренности, – подсказал едва слышно Кей.

– Душа, наверное, – рассмеялся Максим. – Я точно понял, что сделал неправильный выбор. А ты… Ты стала такая женственная и милая. Как цветок орхидеи. Красивая. – Он замолчал, дав мне время переварить информацию, и продолжил: – И, ты знаешь, я и Ира – мы расстались через два года.

– Правда? Я не знала, – я не стала говорить фотографу, что мне уже все равно.

– Я не смог быть с ней. Фактически у нас не было ничего общего. Наверное, только физическая близость. Может быть, на это она поймала меня тогда?

– В точку, – шепнул Кей. – Спорим, тебе этого не хватало?

Я легонько ударила его по руке, призывая к молчанию, а он поймал мою ладонь и коснулся губами запястья, явно играя.