По ту сторону отражения

Ого, а наш всенароднолюбимый градоправитель шикует – а ведь пару дней назад выступал по телевизору и с крайне печальным лицом, на котором сверкали два больших добрых и очень жалобных глаза, поведал горожанам, что городской бюджет «проеден кризисом», и все никак он, бедный бюджет, восстановиться не может, поэтому вновь будет дефицитным. Но он, мэр, будет добиваться пополнения казны всеми своими скромными силами и вообще, даже урежет себе зарплату.

– Торжество будет происходить в уютном особнячке, который оформлен на жен… Эй, ты, – заорала Нинка вдруг на девушку-подростка, которая со своей компанией проходила мимо, – не смей меня толкать.

– Я нечаянно, – пробормотала перепуганная девушка, прижимая ладони, увешанные разноцветными браслетами, к груди.

– За нечаянно в Арабских Эмиратах руки отрезают. Насовсем, – по-доброму отвечала Нинка и пошла дальше.

– Не обращайте внимания, она под таблетками, – хмуро произнесла я, – поэтому и агрессивная."

"Девочки, ничего не сказав, круглыми глазами уставились почему-то не на блондинку, а на меня, а потом их как ветром сдуло.

– Так что ты там хотела узнать? Хм, где-то здесь должно быть интернет-кафе… – С этими словами подруга вновь завернула за какой-то угол.

– Я хотела узнать, Нина, как интересно мы с тобой проберемся на частную закрытую вечеринку к доченьке мэра, на которой будут «На краю» выступать? Если это будет дом мэра, представляешь, какая там охрана будет? Или мы как-нибудь через забор перелетим чудесным образом? Или наденем шапку-невидимку?

– Ой, уела, – поморщилась Нинка, – ну не получается у тебя язвить, так что и не следует даже пытаться это делать. А попадем мы туда просто – я прекрасно знаю эту крашеную мымру, дочку мэра, Лизоньку, и у меня есть приглашение на два лица. Вот ты и твой будущий парень пойдете с этим пригласительным.

– А ты? – запаниковала я. – Я без тебя не пойду.

– А я позвоню Лизочке и скажу, что потеряла свой пригласительный. Она меня встретит – вот и все. Эта лягушка с большим приветом и очень хочет со мной дружить. А ты вот со мной дружишь и не ценишь этого. Вот так.

Вообще-то ценю.

– Кто тебя, кроме меня, еще вынесет? – справедливости ради отметила я.

Но Нинка не слышала меня – она уже открывала дверь, ведущую в интернет-кафе.

Я торопливо поспешила вслед за ней, прекрасно осознавая, что ничем хорошим ее затея не кончится. И, в общем-то, я была права.

На день рождения пока еще неизвестной мне лично дочери мэра мы безнадежно опаздывали, но Нинка совсем по этому поводу не расстраивалась – она сидела в салоне автомобиля ее крестного с самым довольным выражением лица, которое присутствовало в багаже ее искренних выражений лица, а не масок.