В обратную сторону

Эля должна понять — я сделал все, что мог, и даже больше, но время, долбанное время было упущено. Меня подставили те, кому я доверял, с кем работал плечом к плечу не один год. Понятия не имею, как этому выбравшемуся из задницы ублюдку удалось подкупить и склонить на свою сторону почти всех моих партнёров. В довершение этот о*уевший сукин сын еще осмелился сделать мне гнусное омерзительное предложение. Не знаю, как мне удалось сдержаться и не вмазать ему. Не хотел опускаться до уровня шантажиста-выскочки, возомнившим себя хер знает кем.

Я не слепой и не раз замечал, как Коваль пялится на Элю, но, бл*ь, предложить мне сохранить должность в совете директоров взамен на мою жену — это полное дно. Не зря она меня предупреждала на его счет. Идиот, что не послушал.

Час ночи… Снова набираю ее номер, чтобы услышать механический голос автоответчика. Выругавшись, бросаю телефон на кофейный столик. Главное, чтобы ничего серьезного не случилось. Может, заехала к матери? Натали я тоже звонил несколько раз, но у нее не абонент. Всегда знал, что эта стервозная сука меня на дух не переносит. Причем абсолютно взаимно.

Конечно же, Эля вступилась за меня, отчитав мать, и мы дружно сделали вид, что этого разговора не было. Позже, когда кости срослись, Элина неоднократно пыталась уговорить меня поехать с ней на конюшню, но я каждый раз отказывался. Не из-за страха снова получить травму, как считала Эля, а из-за уничижительных слов ее матери, не хотел снова дать ей повод позлорадствовать на мой счет.

Пятнадцать минут второго ночи… С досадой тру ладонями лицо, пытаясь напрячь память. Мы точно не ругались. Я бы запомнил. Ссоры с женой в принципе забыть невозможно. Одна из них едва не закончилась разводом. Эля приревновала меня к коллеге, Юле Астафьевой. Залезла в переписку, решила, что у нас роман. Романа никакого не было, несколько раз пообедали вместе, перекинулись парой не самых приличных сообщений, но это же не катастрофа всемирного масштаба. Да, мне не хватало внимания от собственной жены, но я не собирался трахаться на стороне и уж точно не виноват в том, что Астафьева влюбилась в меня, как кошка, и проходу не давала. Но Элина даже слушать не стала, собрала вещи и уехала в свою квартиру. Я чуть с ума не сошел. Буквально ночевал в ее подъезде. До сих пор не уверен, что она простила бы, если бы не Богдан. Элина тогда была на пятом месяце беременности, и благоразумие взяло вверх над эмоциями.

Хочется верить, что и сейчас моя жена вновь проявит благоразумие, даже если накануне я позволил себе лишнего. По крайней мере, вечером она встретила меня, как обычно, и сразу убежала к косметологу, попросив присмотреть за Даней.