Обратная сторона пути

 — А дайте-ка мне лампу, ну вот кажется мне, что все-таки под шкафом.

Она плюхнулась на живот и деловито заерзала, пытаясь направить свет под шкаф, не пролив при этом керосин на пол.

— Давай я. — Мафей проворно улегся рядом. — Я в темноте вижу.

— Ну, смотри. Что ты там видишь?

— Что-то шевелится… Мышь… нет, крыса… Тьфу ты, надо же — бурундук!

— Один?

— Да вроде… Ой, нет, два. Они просто прижались друг к дружке.

Саша неторопливо поднялась, отряхивая пыль с кофточки.

— Я уже люблю ваш мир, — с насмешливой иронией произнесла она. — В нем столько уникальных образцов альтернативной логики…

— Чего? — растерянно переспросила бедная Анфиса, которая таких слов не слышала даже от своего якобы образованного возлюбленного.

— Если папа — собака, — разъяснила девочка, — и мама тоже собака, объясните мне, почему дети — бурундуки?!

— Я тебе потом объясню, — быстро перебил ее Мафей. — А сейчас лучше подумать, как нам их поймать.

Ольга немедленно вспомнила, как однажды неплотно закрыла стекло на ящике и семейство хомяков в количестве одиннадцати хвостиков разбежалось по дому. Выслеживание и отлов этого стада сделали ночь большой охоты незабываемой.

— Как обычно, — посоветовала она. — Один выгоняет, а остальные сидят в засаде и ловят выскочивших.

Эх, как же ей самой тогда не хватало помощника, чтобы выгонять! Приходилось ждать, как кошке у норки, когда сами вылезут…

— Ну, давайте попробуем, — согласился Мафей и пошуровал под шкафом древком копья.

Очень скоро выяснилось, что испуганные бурундуки способны передвигаться по любым поверхностям, включая вертикальные, с такой скоростью, что поймать их можно, только обладая стремительностью столь же дикого хищника. Или хотя бы домашней кошки. А если учесть, что ловить надо нежно и бережно и ни в коем случае не за хвост, чтобы ненароком не покалечить детишек…

Побегав несколько минут по комнате, вереща, толкаясь и двигая мебель, охотники остановились передохнуть и подумать, а дичь в очередной раз забилась под шкаф.

— А еще говорят, что эльфы нечеловечески быстры и проворны, — ехидно заметила Саша.

— Врут, — огрызнулся Мафей. Покосился на убитую горем Анфису, но предлагать оставить бурундуков в их убежище не решился. И так понятно, что мать не бросит детишек — а вдруг обратно превратятся, а рядом никого? К тому же никто не знает, что будет, если они обернутся все под тем же шкафом, где нет места для человека. Хорошо если просто застрянут, а если задохнутся? — У тебя платки есть?

— Полно.

— Доставай.

Платков у Анфисы действительно оказался огромный ворох — то ли она их так любила, то ли у бедняги Кондратия туго работала фантазия по части подарков.