Темная сторона ангелов (СИ)

А теперь, вместо одного глубоко несчастного мужчины (ого… он до сих пор ощущает себя таковым!) имеется ещё одна несчастная девушка.

Это надо прекращать, и чем быстрее, тем лучше. Время лечит, вскоре она забудет неудачника в собачьей шкуре и, в конце концов, найдет своё счастье.

Глеб положил голову Светлане на плечо и замер, слушая, как её учащённое сердцебиение постепенно замедляется и приходит в норму. Затем, чтобы сделать для неё хоть что-нибудь приятное, он съел эту злополучную котлету. И пока Светлана мыла на кухне посуду, он включал компьютер, обдумывая предстоящий диалог.

Раздались долгожданные шаги. Света вошла в комнату, плотно прикрыв за собой дверь. При её виде хвост тотчас превратился в заведённый пропеллер.

Вот и попробуй скрыть свои чувства, когда собственное тело выдает тебя на каждом шагу!

— Ты на меня уже не так злишься, — с облегчением выдохнула Света.

— Я и не могу на тебя злиться, это всё мои звериные инстинкты. Извини меня за этот дурацкий срыв, между прочим, собаки тоже сгорают от стыда.

— Извинения принимаются, но и ты в свою очередь должен меня простить. А с Виктором я могу порвать, если ты этого хочешь. И вовсе он не подлец, а очень милый и заботливый, и Маринке он очень нравится.

— Я только умоляю тебя не делать скоропалительных выводов, и меньше слушай Маринку. Что ты о нём знаешь? Возможно, он глубоко женат и просто морочит тебе голову!

— Слушай, ты хуже моей мамы. Не могу же я у него попросить паспорт для проверки! Так тоже нельзя, нужно доверять людям. Ты его даже не видел, а судишь о человеке по запаху.

— Мне и не надо на него смотреть, обоняние может рассказать гораздо больше о человеке, чем внешность, это я тебе как собака говорю. Ты, Светик, глядя человеку в глаза, думаешь, что видишь там его сущность. Лев Толстой глубоко заблуждался, написав о зеркале души.

— Чувствуется богатый опыт. Между прочим, ты намного симпатичнее Виктора, ему до тебя далеко! — вскользь заметила Света, но тут же осеклась, поняв, что сболтнула лишнее.

Глеб замер и тотчас убрал лапу с мыши. Он долго смотрел на неё, убеждаясь всё больше и больше, что ему это не послышалось. Затем вновь водрузил лапу на компьютерную мышь:

— Ты видела мою фотографию? Выкладывай всё, а то я тебя точно покусаю!

Светлана смотрела на него с виноватым видом. Оказывается, она ещё месяц назад хотела ему всё рассказать: о своих поисках, о поездке к нему домой, о разговоре с его мамой…

Глеб словно окаменел. Как часто он мечтал о том, что уж лучше бы его накрыла амнезия, и он забыл бы свою прежнюю жизнь. Теперь ещё это! Кто бы мог подумать, что Светик предпримет такие шаги! А почему притихла, чего-то не договаривает?

Он нетерпеливо поддел носом её ладонь.