Другой мир. Куда же столько?

Открыв один из свёртков, она увидела прекрасные белые туфли на устойчивом квадратном каблучке, а от последнего свёрстка у него щеки запылали жгучим румянцем — там было шикарное белье с тончайшего кружева, на подобии ее трех ниточек.

С бельем проблем не было, а вот платье самой зашнуровать не получилось, поэтому крикнув, что ей нужна помощь, она ждала своих мужчин, Мурашш успел первый и, окинув ее взглядом, встал позади, быстро и ловко разбираясь со шнуровкой, а после помог надеть туфли.

— Ты красавица. — Ласково проворковал он, целуя ее оголенное плечо.

Виолетта улыбнулась и подошла к зеркалу, рассматривая себя: белое платье с V-образным вырезом, вставка синего шла от груди к спине и стекала шлейфом и на этой красоте красные узоры. Взяв косметику, она быстро подкрасила глаза и губы, и сама собой залюбовалась. Вышло просто идеально.

— Малыш-шка… — прошипел Мурашш, и Виолетта вздрогнула, она совсем забыла, что сзади остался стоять мужчина.

— Как договаривались за цвета? — Кивнув на платье, еле сдерживая улыбку, спросила она.

— Тянули палочки, самая длинная оказалась у Тейлора.

Виолетта прыснула, понимая, что миры разные, а мужчины все равно, как дети. Или драка и камень-ножницы-бумага. Тут палочки.

— Родерик я так понимаю, вытянул маленькую палочку. — Сдерживая хохот, спросила она.

— Ты очень проницательна, малыш-шка.

Собрав волосы, Виолетта закрепила их на голове новой заколкой, ведь стоило ей только намекнуть, что у нее ничего нет, чтобы собирать волосы, как появилась целая коробка всего, что только душе угодно. Удовлетворенно кивнув, она быстро побежала на третий этаж, где добравшись до тумбочки со своими скарбами, достала сережки с красными камнями, которые поспешила надеть. Одевать колье она не стала, цветов казалось и так слишком много, а быть нарядной, словно елка ей все равно не хотелось.

Спустившись в гостиную, она произвела фурор для своих мужчин, которые несколько минут молча рассматривали ее, а после начали осыпать комплиментами, попутно уводя из дома. Вспомнили горе женихи о еде только в капсуле и стыдливо посматривали друг на друга, от чего Виолетта только отмахнулась. Она хоть и понимала, куда они едут, что их ждет, все равно нервничала, и кусок в горло точно не протолкнула бы, какой бы шикарный стол они не накрыли.

В этот раз ей показалось, что дорога закончилась быстрее и ехали они от силы минут десять, ее ужасно потряхивало, собственное сердце стучало в висках и что самое главное, ей казалось, что сейчас выскочит кто-то и разрушит их идиллию и минутки счастья.

Никто не выскочил, на горе не было даже родителей, как в первый раз и что-то подсказывало Виолетте, что они вообще не знали об этом знаменательном событии.