Другой мир. Куда же столько?

Кинув взгляд на Тейлора, Виолетта нахмурился, мужчина переглядывался с Родериком, явно разговаривая только им понятными знаками. Она и сама напряглась, придумывая, что это может быть и почему они еще не выставили надоедливого красавца дядюшку и не занялись, куда более интересными занятиями, которых у нее уже, сколько не было: два, три дня?

— Есть кое-что… — начал Тейлор. — Думаю теперь понятно, откуда хвост торчит. — Хмыкнул он, посмотрев на дядю нечитаемым взглядом. — Кассандра выбрала себе магов, воды и огня.

— И? — Нахмурился мужчина.

— Мы думаем, что она не видела потоки Тейлора, а сказала специально, направленная кем-то. — Не расшаркиваясь, выпалил Крашш. — Слиш-шком все хорош-шо выходит, да и драконица явно не просто так сейчас в Академию приш-шла.

— То есть вы думаете?

— Что кто-то реш-шил, что приемником станет Тейлор и удачно выводил его из этой гонки. Сами понимаете, не будь у Тейлора магии, стать главой совета невозможно. Думайте, кто не хочет ваш-ших реформ.

— Спасибо, что сказали. — Кивнул мужчина задумчиво. — Не буду больше вас отвлекать.

Подорвавшись с места Арравел быстро вышел, а в гостиной наступила звенящая тишина.

— Виолетта, ты, правда, хочешь, чтобы наш сын стал главой совета? — Спокойно и как-то тихо спросил Тейлор."

"— Для начала его нужно родить. — Хмыкнула она. — А потом мой сынок будет сам решать, что ему делать. И ни вы, ни тем более какой-тио там дядя, седьмая вода на киселе, ничего решать не будет.

Как только она договорила, Тейлор выдохнул и поцеловал ее в шею, ласково потираясь носом за ушком, вдыхая запах.

— Нам с тобой очень повезло… — тихо проговорил он. — Ты самая лучшая жена и я люблю тебя.

— Мы любим тебя. — Поправил его Родерик, полыхнув своим удлиненным зрачком.

— Ты сильно устала? — Целуя руки Виолетты, спросил Мурашш, поглядывая на нее из-под ресниц.

— Не сильно… — стараясь не улыбаться, ответила Виолетта, и щеки ее порозовели.

— И о чем ж-же таком подумала наша ж-жена? — Тоном довольного сытого кота, поинтересовался Крашш.

— Ни о чем. — Надула она губки и несколько раз похлопала ресницами.

Родерику явно надоела их игра в милую недотрогу и он, поднявшись с пола, выхватил из рук Тейлора Виолетту, прижимая к себе, и впился в ее губы настойчивым, голодным поцелуем.

— Я так соскучился, сокровище, ты себе не представляешь… — прошептал он ей на ушко, унося из гостиной.

— Очень даже представляю…

— Тогда нас ждет прекрасная ночь!

Отвечать Виолетта ничего не стала, сама надеясь, что ночь действительно будет прекрасной. Она все эти дни чувствовала себя настоящей нимфоманкой, только чертовски уставшей.