Столица

Какие амулеты защищают первые ворота сыхэюаня Фу?

И снова вопросы, но на этот раз про охрану дома, про слуг, работающих на Фу, про порядки, заведенные в нем, про торговые дела, и Байсо отвечал на все. Где-то в глубине души он думал, как хорошо, что учитель не успел рассказать ему все секреты, не познакомил со всеми партнерами, не сообщил, где хранил личные средства. Но каждый раз, когда мальчик вынужден был говорить «не знаю», он съеживался в ожидании удара.

– Что ж, пожалуй, пора заканчивать, – сказал наконец Юн. – Ты знаешь не так много, хотя рассказал гораздо больше, чем я ожидал от столь бесполезного мальчишки. Хороший малыш! – он небрежно потрепал Байсо по голове и вышел из комнаты.

Байсо отполз в угол и разрыдался. Он знал, что следующий, кто войдет сюда, убьет его, но уже не боялся этого. Ждал. Он предал своего учителя, подвел из-за своей слабости. Если он был чуть сильнее, то смог бы потянуть время. Да, его, скорее всего, бы убили, но он бы не выдал секретов человека, доверившегося ему.

Заклинание… Он должен сообщить учителю… Медленно, словно против воли, в памяти всплывали его слова, одно за другим, выпустить Ки, много Ки, нащупать единственный знакомый символ, означающий учителя Фу и направить в его сторону «Джин Юн».

Мальчик успел почувствовать отклик, означающий, что сообщение получено, удивиться легкости связи, словно Джин Фу был где-то поблизости, и лишь потом потерял сознание от большой потери Ки.

– Когда муж привез ко мне двоих мальчишек, загоревших до черноты, худющих, лохматых, диких, я сначала испугалась, – заговорила госпожа Роу после длительной паузы. – Небо не одарило нас детьми, и за долгие годы я уже свыклась с мыслью, что в этих стенах никогда не прозвучит детский смех. Мы с Фу обсуждали возможность взять к себе ребенка на воспитание, но каждый раз мы сталкивались с какими-то проблемами. То родители в последний момент передумывали отдавать ребенка, то мы находили связи семьи ребенка с конкурентами, то семья Джин высказывалась против.

А вы с Байсо были уже такими взрослыми, со сложившимися характерами, со своим прошлым, причем не самым благополучным, иначе зачем бы вы согласились на такую опасную поездку. Я боялась одновременно и того, что вы будете дичиться, и того, что вас будет сложно контролировать. Но за эти несколько недель я успела вас полюбить.

Тебя я знаю хуже, чем Байсо, ты постоянно занят учебой, тренировками, чтением, и Фу запретил мне вмешиваться, но поверь, когда я вижу тебя по вечерам избитого, еле волочащего ноги, у меня сердце разрывается на части. Я пробовала говорить с Тао, но он меня и слушать не захотел.

Я отвернулся, с трудом сдерживаясь от улыбки, мог себе представить, что ответил злобный Харскуль.