Столица беглых

В кофейню при них в полдень явился незнакомец. Смуглый, серьезный, одет без претензий, но что-то в его лице настораживало. Поэтому, когда человек попросил позвать Лазаря Константиновича, официант сразу отправился за хозяином.

Вышел толстый, с одышкой, мужчина, посмотрел на гостя и спросил:

— Ну и кто вы?

Тот ответил по-гречески, и весь дальнейший разговор шел на этом языке.

— Мне бы пожить где-нибудь в спокойном месте. Я заплачу.

— Но я так и не дождался ответа на свой вопрос.

— В документе написано, что меня зовут Раздеришин. На самом деле я Серега Сапер. Слышали?

Толстяк равнодушно пожал плечами:

— Что-то говорили люди, да не помню подробностей…

— Понимаю, чужому верить глупо. Вы наведите справки. Например, у Спиридона Фанариоти.

— У Фанариоти? Из Одессы?

— Да. Вы ведь у него кофе покупаете?

— Ну, и у него, и у других…

Гость насупился:

— У каких таких других? Может, и у Абрама Немого?

Попандопулос с вызовом ответил:

— А хоть бы и у него. Нельзя, что ли?

— Ай-ай-ай. Грек должен покупать у грека, а не у еврея. Вы же знаете, что в Одессе между ними идет война. Спиридон говорил мне о ваших отношениях. Вы берете три пуда в месяц, а могли бы брать десять. Лазарь Попандопулос снабжает кофейным зерном всю Восточную Сибирь. Но предпочитает кормить жидов, а не своих соотечественников.

— А он говорил вам, что у Немого кофе на пятнадцать процентов дешевле? — рассердился хозяин. — Пусть сбавит цену, и я буду покупать у него.

— Он готов сбавить. Телеграфируйте ему и убедитесь. Еще попросите для меня денег, Фанариоти должен Сергею Маноловичу Азвестопуло триста рублей. Могу я получить их через вас? Самому мне идти на почту неудобно. Я, видите ли, с этапа утек.

Попандопулос, когда услышал последнюю фразу, взял гостя за руку и отвел в задние комнаты.

— Здесь нас никто не слышит. Как уж вас зовут?

Тот повторил.

— А кличка Серега Сапер? Да, был про вас разговор, но давно. Откуда вы взялись?"

"— На поезде приехал из Красноярска. Плейтовал из тамошней пересылки. Неохота сидеть четыре года, сами понимаете.

— А чего же сюда, к нам? Почему не на запад?

Азвестопуло усмехнулся:

— Они тоже так думают и будут искать меня в тех поездах. Про Иркутск им и в голову не придет. Ну так что? Будет время сходить на телеграф?

Хозяин кофейни недовольно пробурчал:

— Сколько дней ваши три сотни будут идти до Иркутска?

— А вы, Лазарь Константинович, из своих отдайте. Сразу. А с Фанариоти сделаете взаимозачет за поставки.

— А он согласится?

— Согласится. Вы телеграфируйте и узнаете. Адрес у вас есть.

Попандопулос наконец решился:

— Сидите покуда в этой комнате. Я скажу Вахтангу, что вы мой гость до вечера.

— А потом?

— Потом будет видно. Можете покушать, выпить. Есть настоящая метакса.

— А табак?

— Турецкий, высший сорт.