Стоять, бояться, раздеваться!

Даши, Саши, Глаши тоже остались где-то далеко за горизонтом памяти.

Прямо перед ним, разогретая до состояния «Трахать без прелюдии», лежала самая совершенная женщина в мире.

В паре сантиметров от пальцев алел шелковый лоскуток, называющийся трусами. И все инстинкты разом кричали: «Бери ее прямо сейчас!»

Это был попандос!

Проёб!

Задница!

Самый жесткий аффект, который с ним случался.

Мозг стек по позвонкам куда-то вниз. Руслан сам не понял, как поднес ко рту своей секретарши палец и, ласково погладив, раздвинул губы.

Что делал, не понимал совсем. Противостоять себе было нереально. Только глубже опускать палец в рот, шалеть от того, как туго проходят фаланги, и дышать... Шумно, через раз. До предынфарктного состояния, когда коснулся горячего и влажного языка.

После этого крыша уже не ехала – она кометой летела вниз. Яйца скручивало от боли. И до самого позорного финиша в его жизни оставались считаные секунды.

– Ах ты, кобель! – В отличие от своего босса, Вероника пришла в себя быстро. – Мало того, что вуайерист, так ты еще извращенец!

Только годы тренировок смогли спасти Бадоева от знакомства паха с боевым коленом секретарши. Жесткий удар пришелся в бедро, и стоп-кран в голове наконец сорвавло.

Взгляд зацепился за распечатки, лежавшие под секретаршей. Озарение тяжелой лопатой ударило по макушке. И тут же пришло понимание, что никакая Валя, даже уработавшись до бессознательного состояния, не сможет сегодня снять его стресс.

_____

* Тот самый вулкан, извержение которого в апреле 2010 года вызвало наибольший со времен Второй мировой войны авиационный коллапс.

Глава 3. Её персональный сталкер

После налета на кабинет босса Веронику трясло как в лихорадке. Новый начальник оказался не только тупым солдафоном и маньяком – он чуть не изнасиловал ее на рабочем столе.

О том, почему сразу не дала отпор, Вероника старалась не думать. Не вспоминать толстый палец во рту, его вкус и как низ живота свело от напряжения.

Злиться было безопаснее! Трястись от злости тоже было правильнее!

«Гад, сволочь, маньяк!» – повторяла она про себя и носилась по приемной со скоростью света. О том, чтобы продолжить работу, не могло быть и речи. Даже собственный стол теперь казался предателем, не говоря уже о компьютере.

С каждой минутой на ненавистном рабочем месте эмоции все больше захватывали власть над мозгом, и через полчаса Вероника сдалась. Еще вчера она всерьез думала об увольнении, а сегодня для этого нашелся повод.

Фикуса и телевизора было не жалко. Особой любовью к орхидеям она никогда не пылала. Все сложилось одно к одному, и, не раздумывая больше ни секунды, Вероника написала заявление об увольнении.

Можно было, конечно, указать причиной не собственное желание, а что-нибудь другое.