Сто удач и одно невезение

«Юностью» называлась буровая, на которую так важно-преважно и крайне необходимо и срочно надо было попасть Захару Игнатьевичу Дуброву в прошлой жизни.

В прошлой. До Черного озера. Теперь для него наступила другая жизнь.

Юру вырвало, как только он вывалился из кабины, Иваныч бледный, задубевший молчанием, лишь желваки ходили на скулах, на негнущихся ногах прошагал в каптерку, мимо вывалившей навстречу бригады буровиков. А Захар, чувствуя себя стариком, разбитым предсмертным параличом, кое-как вылез из вертолета и сел прямо там на землю.

– За-а-аха-а-ар!..　– все слышалось ему.

И перед глазами стояли молящие, зовущие глаза, мешанина вмерзших тел, разорванные криком рты…

К ним кинулись мужики, тормошили, расспрашивали, перепуганные их молчанием, подняли на руки, куда-то понесли.

Он пришел немного в себя, когда обнаружил, что держит в руке полный до краев стакан водки.

– Да что случилось-то?!! Мать вашу!　– орал вконец напуганный их состоянием бригадир.　– Что вы молчите все, как белены объелись?

Захар осмотрелся, повертев головой по сторонам, увидел сидевшего рядом, засуровевшего в своем молчании Иваныча, Юру, лежавшего на кровати, еще зеленого, прикрывшего от мира и расспросов глаза локтем, обеспокоенные лица таких родных, живых-здоровых мужиков-работяг…

Он хлопнул водку залпом, как воду от большой жажды, не чувствуя ни запаха, ни вкуса, поставил на стол пустой стакан и объяснил:

– Вам же срочно надо, вот мы и полетели…

– Да, б…дь, конечно, срочно!　– драл горло бригадир.　– У меня вахта бухает третий день. План летит к такой-то матери, начальство имеет каждый день куда ни попадя! Ты мне три дня назад уже срочно нужен был, я ж…

– Через Черное озеро… – договорил Захар.

И рухнула потрясенная тишина, как тогда в вертолете, когда выбрались…

– Е-ебиться сердце перестало!　– протянул кто-то из буровиков ошарашенно.

Как отмашку дали – заговорили, загалдели все разом, расспросы-перерасспросы, водки налили, быстро баньку растопили. А как еще! У мужиков вон какой стресс, как черт их за пятки хватал, спасать надо!

Юрку на руках в баньку отнесли, ну, банька – это громко сказано, так, закуток приспособленный, но топилась исправно и пар держала, какой надо! Его парили долго, меняясь на венике, ничего, отошел вроде, взбодрился, а водочки махнул – верного русского средства от таких напастей, так вообще ожил.

Но странное дело, захмелевший Иваныч, да и Юрик в тон ему в деталях рассказывали, как трясло-кидало машину, что там у них в железе вертолетном отказывало, как чудом не рухнули, перемежая рассказ смачным матом и беленькой, но ни они, ни Захар ни полсловом, ни намеком не заикнулись о том, что видели в этом озере.